Под знаменем пророчества

Пролог

 

…Когда же проснутся ветры — предвестники бури, что изменит мир, то приумножатся ряды предателей дела отцов. Вспыхнут алым небеса, и вспомнит мир об Истинном цвете магии. Тогда же на вратах святилища Спящих будут сломаны последние печати

 

Последний фрагмент Фиорского пророчества (так называемые Списки Ужасов), расшифрованный по заказу Академии Общей Магии.

 

В небольшом кабинете недалеко от узкого стрельчатого окна-бойницы за столом сидел молодой мужчина и что-то увлечённо писал на желтоватом листе грубой бумаги. Острый кончик металлического пера невесомо порхал, увязывая хитрые закорючки букв.

 

— …и осмотр места преступления показал, что… — человек на мгновение задумался, подбирая слова, и именно в этот момент на бумагу сорвалась жирная капля чернил. — А-аа-а, демон Бездны и тысяча мархузов!!!

 

В ярости скомкав почти полностью исписанный лист, чиновник швырнул комок в урну у самой двери и, как всегда, попал. Вторя его крику, со двора донёсся истошный вопль недавно пойманного убийцы. Видно преступник всё ещё продолжал упорствовать, раз его рёв вырывался наружу из подвала в дальнем конце Дома Правосудия. И ведь следствие уже нашло достаточно улик, ни у кого не осталось никаких сомнений в виновности мерзавца, тому осталось только признаться, однако глупец продолжал городить прежний вздор о невиновности.

 

Тихо скрипнула дверь, и в комнату ввалился щуплый паренёк, нагруженный толстенными папками с документами из архива.

 

— Осторожней, сказал! Осторожней, деревня ты конопатая! — из коридора донёсся визгливый с неприятным присвистом голос Серто Туармина. — Ты ещё господина старшего расследователя Ярига Дубоя побеспокой своей неуклюжестью!

 

В конец перепуганный мальчишка из младших писцов с грохотом бухнул стопку старых дел на стол господина Дубоя, отчего последний досадливо поморщился и, раздражённо встав, прошёл к окну.

 

— У-уу-у, бестолочь! — донеслось из-за спины старшего расследователя, после чего раздался звук щедро отвешенного подзатыльника, торопливое бормотание, гневный окрик и удаляющийся топот грубых башмаков.

 

— Совсем молодёжь распустилась! Уже несколько бумажек донести не могут, — провозгласил расследователь Туармин и уже более спокойно поинтересовался: — Яриг, неужели ты надеешься найти в этих старом хламе хоть что-то путное?! Да они уже лежали в шкафу, из которого один путь — на свалку. Секты служителей Бездны не проявляли себя уже больше сотни лет, какие здесь могут быть связи?!

 

Старший расследователь медленно повернулся к коллеге и, пожалуй, к тому, кого он мог назвать другом, и задумчиво потребовал:

 

— Убери эту рухлядь с моего стола! Тебе этим заниматься, вот и забирай к себе.

 

— Я-то заберу, но ты на вопрос не ответил. — Страдальчески закатив глаза протянул Серто и в три приёма перетащил пыльные тома на стул напротив.

 

Дубой вернулся на своё место и, страдальчески морщась, смахнул пыль с освободившегося стола.

 

— Сто лет не тысяча, ещё остались живые свидетели тех событий, те, кто я?г натаскать нынешних искателей знаний и заступничества по настоящему Тёмных сил. Наши с тобой предшественники не могли найти всех, выжечь под корень всю заразу ковенов, потому и будем искать похожие следы, — ледяной взгляд старшего расследователя до этого сверливший замершего коллегу, внезапно потеплел и в уголках глаз появились весёлые морщинки. — Вернее, ты этим будешь заниматься… А я, я буду думать!

 

В ответ расследователь Туармин досадливо тряхнул головой, от чего его спутанные чёрные волосы закрыли лицо, и пробурчал:

 

— Ясно…Ну хоть этот душегуб заткнулся, видно Плато его всё же уговорил.

 

Тоже заметив, что упорный обитатель Ночного Гамзара всё-таки перестал кричать, Яриг позволил себе почти открыто улыбнуться уголком рта:

 

— Плато всех уговаривает, работа у него такая! — после чего с намёком добавил: — А у тебя работа попроще, без лишнего шума и почти без крови. Вот ты ей и занимайся!…

 

Договорить Дубою не дали — дверь с треском распахнулась и в кабинет ворвался разгорячённый стражник.

 

— Беда, господа расследователи. Говорят, в квартале Книгочеев Продавшиеся Тьме появились. Из дома одного разорившегося торговца такие крики раздаются, что… Сталбыть, соседи патрульным сообщили, а те…

 

Старший расследователь, услышав о Продавшихся Тьме, мигом выскочил из-за стола и прикрикнул на замешкавшегося Серто:

 

— Что расселся?! Придётся отложить всю эту бумажную волокиту на время…. А ты прикажи карету готовить, да насчёт десятка стражей распорядись. Живо!

 

Командный рык Дубоя буквально вышвырнул стражника вон. Подскочив к стене, Яриг ткнул небольшим стержнем в узкую щель и тут же рывком дёрнул за появившуюся из ниоткуда ручку. С лязгом отворился потайной сейф, откуда были мигом извлечены жезл Огненных пчёл и два защитных амулета.

 

— Держи и бегом за мной. Быть может сегодня успеем застать хоть кого-то из этих тварей! — В который раз за этот день рявкнул старший расследователь, сунув в руки Серто один из амулетов, и едва ли не силой вытолкнул своего менее расторопного коллегу в коридор…

 

В карете два расследователя всё больше молчали, подготавливаясь к встрече с очередной гранью человеческого безумия.

 

Вот уже больше сезона прошло, как утихли последние отголоски громкого дела о Запретной магии в самом центре Гамзара. Замолчали маги-наблюдатели, угомонились дипломаты — об убийстве герцога Орвуса, попросившего покровительства Совета Гильдий, начали забывать. Разве что продолжали кружиться слухи о возрождении очередного чёрного ковена, который вроде бы даже поддерживал мятежного зелодского герцога, но поначалу власти Джуги отнесли к этому как к бессмысленным сказкам. Мол, вечно что-то этим чародеям Нолда мерещится, да и по дипломатическим каналам ничего они не передавали, а значит, ничего такого и нет!

 

Первые убитые появились аккурат четыре седмицы назад. Жутко изуродованные тела в глухих каморках заброшенных подвалов, кровавые рисунки вокруг, тушки зверски забитых животных, непонятные конструкции из металла, драгоценных камней и редких пород дерева — всё говорило о неизвестном доселе ритуале самых глубин Бездны. Вот только почему-то молчали сторожевые артефакты магов, растерянно разводили руками маститые специалисты по истории демонологии и некромантии из Джугского университета. Казалось, что это не магический ритуал, а просто дело рук богатого, влиятельного безумца, спятившего на почве Тёмных искусств, но Яриг что-то не верил в подобную ерунду. В происходящем просматривалась система, какой-то смысл, и не было здесь безумия, а одна лишь бесчеловечная, запредельно жестокая, демоническая логика. Одна беда, маги больше на каждый такой случай не выезжают. Говорят, вы, господин старший расследователь, не в сплетни городские о Продавшихся Тьме верьте, а опасного безумца ищите. Уж его-то и без волшбы найти можно!…

 

— Никак приехали, задери меня мархуз! — Дрогнувшим голосом воскликнул Серто Туармин и подвигал коротким мечом в ножнах. Пока он собирался с духом, оттягивая момент неминуемой встречи если и не с монстром-убийцей или даже убийцами, так со следами их кровавого безумия, старший расследователь уже выскочил наружу.

 

Двое остаются у парадного входа, трое бегом за дом, а остальные со мной внутрь! — С мрачной решимостью скомандовал Яриг Дубой и махнул рукой Серто. — Шевелись быстрей.

 

Квартал Книгочеев уже давно забыл о днях своей славы, когда здесь за честь считали селиться лучшие маги, собиратели дивностей и просто учёные люди. Времена меняются, и вот уже некогда престижный район стал частью вечно растущих городских трущоб, пусть даже и самой представительной частью!

 

Дом, о котором доложили перепуганные соседи, смотрелся вполне пристойно, чувствовалась хозяйская рука. У входа дрожал огонёк в дешёвом светильнике, тихо скрипел флюгер на крыше. И никаких подозрительных следов! Всё тихо и пристойно: ни тебе криков, ни стонов, ни следов крови или даже просто взлома.

 

— Ломайте дверь! — Распорядился Яриг Дубой, отступив в сторону и продолжая испытующе обшаривать взглядом мёртвые глазницы пустых окон.

 

Оказалось достаточно десятка ударов, чтобы последняя преграда рухнула, впустив слуг Правосудия в нутро дома торговца. Стражники осторожно ступили внутрь, держа короткие мечи обнажёнными и укрываясь за небольшими прямоугольными щитами. Позади пышущих страхом и злостью солдат, вышагивал старший расследователь с жезлом наготове. Туармин держался рядом, едва ли не наседая на начальника, заставив того пару раз даже гневно цыкнуть на отчаянно трусящего Серто.

 

В коридоре представители городской стражи замерли, и тут же до слуха донеслись отголоски заунывного речитатива.

 

— Они здесь! — Торжествующе прошептал Яриг и ровным голосом приказал паре стражников проверить второй этаж, а остальным — осмотреть первый. Пусть голоса доносились откуда-то снизу, но прежде чем соваться в лапы к опасным безумцам, следовало обезопасить тылы. Через несколько минут старшему расследователю доложили, что везде пусто, и тогда, сохраняя прежний порядок, они прошли на кухню, где один из стражей обнаружил люк. Короткая заминка, и вот уже они молча, один за другим, нырнули в пугающий темнотой провал. Один лишь Туармин мучительно прошипел услышанное ещё в детстве тролльское ругательство.

 

Пока он спускался, продирающее до костей пение сменилось гневными криками, рёвом, а затем звуками рвоты. Милостью богов или демонов, но внизу царил полумрак, потому и не разглядел господин расследователь всех деталей царившего внизу ужаса. Запомнилось лишь мертвенно бледное лицо Ярига Дубоя, скрючившиеся по углам стражники, словно вознамерившиеся вывернуть себе наизнанку все внутренности, но не оставить и крошки от обеда, завтрака, а то и вчерашнего ужина, пришпиленный к стене коротким мечом неизвестный молодой парень и бьющийся в падучей на полу уродливый старик c красной татуировкой на правой кисти, изображающей фигурку человека на костре. А ещё всюду лежали мёртвые тела, и масляно блестела вокруг переродившаяся в нечто иное кровь… Увиденного Серто хватило, чтобы присоединиться к стражникам.

 

— Что здесь происходит, хфургов слизняк?! — старший расследователь с яростью пнул припадочного носком сапога под рёбра. — Молчишь?!! А как тебе это?!! — Дубой направил на ноги неизвестного жезл, и тонкая струя огня опалила пленника.

 

С пугающей внезапностью, изламывающие всё тело кривляния прекратились, и безумец завыл. Его крик заметался под каменным сводом подвала, пробудив на окровавленных стенах искры огня.

 

— Хочешь ещё, тварь?!! За что ты убил этих людей?! Что это за безумие здесь творится?!! Зачем вообще всё это нужно?!! — Прорычал Яриг и снова прижёг убийцу огнём.

 

Новый крик и сразу же срывающийся на хрип, почти разумный шёпот:

 

Путь, мы торим путь для Спящих. Их время грядёт, и жизнь будет наградой выбравшему их знамёна!

 

Продавшийся Бездне старик закашлялся, а потом вдруг безумно рассмеялся.

 

— Сначала мы учились ритуалу, боялись… а теперь, теперь для вас уже поздно, и первая вешка обозначила тропу Вестника Великих…

 

Последнее слово далось ему с трудом, он точно проталкивал непослушные слова наружу, дико кривя рот и вращая глазами. Со стороны его помощника донёсся омерзительный сип, и в комнате стремительно похолодало.

 

— Слава Вестнику Спя… — Вновь забился в судорогах старик, и в тот же миг в центре комнаты возникла белая тень гигантского черепа неизвестного монстра Бездны.

 

Секунду призрак смотрел на старика, после чего дрогнул и исчез. Куда-то подевался холод, исчезли блики со стен, а убийца, слуга неведомых господ, вдруг начал стремительно, прямо на глазах, иссыхать, превращаясь в высохшую мумию. Один взгляд на пронзённого мечом парня, и видна та же картина стремительно старения. Вестник Хозяев забрал души обезумивших слуг и до дна испил их жизненные силы. Чудовищный ритуал, которому «учились» высохшие нелюди, на этот раз принёс результаты…

 

…Старший расследователь, гордящийся собственной выдержкой и хладнокровием, лишь через минуту отошёл от пережитого шока. Он валялся на залитом кровью полу, будто безвольный трус, пытаясь защититься руками от гостя из Бездны. Даже краткое появление призрака монстра оказалось тяжёлым испытанием для обычного человека. И только чувство долга и воля заставили подняться сначала на колени, а потом и встать в полный рост. Нелепо всхлипнув, Дубой достал из-за пазухи дрожащими руками короткий стальной пенал, обтянутый замшей. Слабое усилие, и с металлическим щелчком из футляра выскочил тонкий перламутровый стержень Искателя. Прежде в местах проведения этих богомерзких обрядов артефакт молчал, но теперь он изливался мертвенным светом Ярдиги.

 

— О, тысяча хфурговых демонов!!! — Простонал Яриг, и артефакт выскочил из одеревеневших пальцев. Старший расследователь наклонился, пытаясь поднять уже начавший стремительно гаснуть инструмент поиска Запретной и не очень магии, как в глазах потемнело, навалилась слабость, и человека пару раз мотнуло из стороны в сторону.

 

Но всё-таки Дубой выдержал и медленно разогнулся, лишь только нащупав и судорожно сжав Искатель в кулаке. По груди ударило нечто круглое, выскочившее из-под камзола, и Яриг свободной рукой нашарил странно холодный медальон. «Защитный амулет!» — всплыли слова в давшей внезапный сбой памяти. И, точно дожидаясь именно этого момента узнавания, магическая побрякушка, защищавшая носителя от гнева враждебных Стихий и тёмного колдовства, рассыпалась в горсть грязной пыли. А ведь глава городской Гильдии магов как-то хвалился, что эта штука понадёжней амулета Мирта будет!

 

Не задумываясь, служитель Закона ссыпал жалкие остатки амулета в карман, и медленно обвёл подвал взглядом. Кровь и исковерканные трупы уже не так бросались в глаза, зато Дубоя заставили пошатнуться неподвижные тела стражников и Серто Туармина. Шаркая точно древний старик, старший расследователь несколько раз пнул каждого из стражей, но те даже не шевельнулись, точно мёртвые. Следовало бы, конечно, наклониться и проверить наверняка… вот только Яриг рисковал тогда упасть рядом с ними. Уже считая себя единственным уцелевшим, Дубой вонзил носок сапога под рёбра Серто, и тот вдруг застонал.

 

— Вставай, хаффов сын! Вставай тебе говорят! Ну?!! — С яростью зашипел старший расследователь и даже смог каким-то неведомым чудом, на одной только злости, поставить подчинённого на ноги. Тот так и норовил упасть обратно, непонятно мычал и мотал головой, но Яриг его не только держал, но и заставлять шагать к лестнице наверх, под лучи животворящего Тасса, разгоняющего ненавистную Тьму.

 

За ту вечность, которая ушла на путь к выходу, им так никто и не помог. Уже оказавшись на улице, попросту вывалившись через распахнутые двери и повалившись на грязную брусчатку мостовой, к ним подбежали оставленные снаружи бойцы.

 

— Господин Дубой, тут такая жуть навалилась… Мы к вам, а тут… из дома вдруг всамделишным Злом повеяло… А-аа-а, провались всё в Бездну!… В ногах слабость, сердце от страха заходится, а в глаза точно песка насыпали! — Затараторили бледные до синевы, с прыгающими губами, уже битые жизнью мужики, оттаскивая начальство к дому через дорогу.

 

В руке Ярига точно по волшебству возникла фляжка с убористым самогоном, настоянным на травах, и вот уже по жилам хлынул жар гномьего огня, разгоняя холод и разжимая тиски смертного ужаса на сердце.

 

— Надо внутрь… Там оста… — Начал было старший расследователь, но осёкся и замолчал, как только увидел глаза подчинённых. Они не пойдут, никакая сила не заставит их сунуться внутрь в рассадник хищного первородного Мрака.

 

— Господин, надо подождать магов, господин. Это их дело… — Отвернувшись в сторону, пряча трусость, поселившуюся в глубине глаз, забормотал один из стражей.

 

Рядом зашевелился, придя в сознание, Серто Туармин, а Дубой почему-то вспомнил, что он выронил где-то в подвале жезл.

 

«Всё казённое имущество растерял!» — Со странным удовлетворением скривился Яриг, и вытянул из бокового кармана коробочку с гномьим порошком. Самогон обжёг всё нутро, на время изгнав слабость, теперь надо и мозги заставить поработать. Не могли маги-наблюдатели пропустить такое, просто не могли, а значит, ему понадобится свежая голова.

 

Рука привычно захватила щепоть пыли, короткий вздох через одну ноздрю, и едкая смесь аж слезу выбила из глаз, а в голову точно кинжал на миг вонзился, но зато полегчало. Теперь другая ноздря, и можно хоть перед советом Гильдий выступать! Правда, если вставать не придётся.

 

— О, никак гонит кто-то?! Точно. Господин старший расследователь, вот и подмога подоспела… — Немного заискивающе протянул самый говорливы из стражников, а второй выкрикнул:

 

— Да их там несколько, а у первой кучер в цветах Гильдии магов!… Ну всё, теперь это уже их обязанность со всякой нежитью сражаться, вот пусть и займутся. Правильно, я грю, господин Дубой?!

 

— Правильно, рядовой, правильно, — зло ощерился Яриг, но мысленно добавил:

 

«Всё правильно, но только чует моё сердце, что скоро это всё станет и нашей обязанностью!»

 

* * *

В висящую на стене мишень с изображением человека с неприятным звоном впивались метательные ножи. Глаза, горло, сердце… Ни один из клинков не отклонился от цели даже на полпальца! Тренирующийся воин не только знал куда надо бить, чтобы навсегда покончить врагом, но и умел это делать, демонстрируя виртуозное владение оружием. Воин, по настоящему опасный воин упражнялся в мастерстве, вот разве только ростом он не вышел… Карлик — уже не человек, но ещё не гном, так, очередной потешный уродец, которых так любят привечать короли. Правда, взгляд у него совсем не шутовской, но ведь мало кто по нынешним временам смотрит в глаза?!

 

— Как же ты любишь все эти железяки! — Капризным тоном сообщил толстяк, внушающих уважение размеров. Истинный колосс! — А мне в этой дыре подземной уже надоело. Холодно здесь и скучно!

 

Обладатель слащавого голоса и огромного брюха сыто потянулся на ложе и отпихнул ногой блюдо с ханьскими сладостями.

 

— Парсан, потерпи! — Непререкаемым тоном потребовал карлик и, подойдя к мишени, принялся с усилием выдёргивать ножи. — Дворец уже готов, теперь осталось защиту закончить и…

 

— Тогда-то мы переедем?! — Воскликнул пузан , названный именем Наместника первых императоров, и даже привстал.

 

Нет!!! — Заорал коротышка и гневно сжал кулаки. — Нет!!! Ещё мы отстроим новое убежище, пророем пару ходов, и вот только тогда переедем. Ясно?! Или ты забыл кто из нас старше, Парсан Второй?!

 

Толстяк немного заволновался и вновь сел.

 

— Парсан, я всегда помню , что первый — ты! Но… я так устал от этой норы…

 

Карлик оглядел шикарное убранство зала, единственным недостатком которого было отсутствие окон, и произнёс, остывая:

 

— Извини, что-то я сегодня расклеился. Как эти сумасшедшие нолдцы сожгли Полот, так дела напрочь отказываются приходить в норму.

 

— Что, так плохо? — сочувственно произнёс Парсан Второй, укладываясь обратно на постель.

 

— Да нет… Связи мы восстановили, агентуре всех этих выскочек из Протектората по рукам надавали… Я ждал, что Нолд опять взбесится, но видно, они тогда именно на нас зуб точили, лишь повод искали, чтобы драконов применить. Ур-рр-оды! Хфурговы выкидыши!!

 

Два брата замолчали, после чего карлик не спеша подошёл к низкому стулу, сел и с наслаждением вытянул ноги.

 

— Весь день на ногах, устал как не знаю кто… Этот сынок Сохога неплохо воюет и мы уже восстановили все потери, но… Появились новые проблемы!

 

— Проблемы?! — На заплывшем лице толстяка появилось неприязненное выражение. Он очень не любил всякого рода неприятности, он их попросту ненавидел.

 

— Да, один из наших старых партнёров в Баронствах что-то заигрался. Решил, подлец, будто у нас теперь силёнки не те, и он может обворовывать старых друзей. Нас обворовывать! — Прорычал Парсан Первый и, вскочив, принялся мерить зал шагами.

 

— Плохо. Ты ведь к нему теперь ребят отправишь? — Простодушно заметил толстяк и глуповато улыбнулся.

 

— Уже отправил. Думаю, скоро он будет очень сожалеть о своей глупости. Он. Пытался. Обмануть. Нас! И пусть его участь будет другим наукой. — Зарычал от смеха карлик и воскликнул: — Великий Наместник Парсан Второй не терпит обид, верно?

 

Толстяк согласно закивал и пару раз хлопнул в пухлые ладоши. Всё правильно, брат, всё правильно!

 

Часть первая

 

По ту сторону баррикад

 

…Нет народа или расы, лишённых игр. Наверное, такова странная особенность, некая глубинная потребность разума, заложенная в него Творцом: сочинять сложные или не очень правила или законы, следовать им, примеряя на себя чужие маски, бороться, рваться вперёд. Но эти трепыхания пусты и бессмысленны, как бессмысленна картина, лишённая души. Жизнь в её многоцветии неповторима и сложна, потому мало найдётся настоящих Игроков, каждым мигом своего существования выстраивающих цепочку победных ходов. На поле жизни множество фигур и каждая из них — Игрок!…

 

Из собрания изречений учёного, мага и дипломата, Лоцика з'Ергенда

 

Глава 1

 

Пламя костра жадно пожирало сухие ветви, отдавая взамен приятное тепло. Ветер с океана приносил прохладу, которая так и норовила забраться под одежду, пробудить мелкую дрожь. Несмотря на усталость, Тёрн сноровисто натаскал охапку хвороста из рощицы, на границе которой путники разбили лагерь, и теперь увлечённо что-то готовил в котелке. Он даже прекратил стенать по поводу напрасной траты денег на покупку никчёмного раба: спрашивается, ну зачем командиру гоблин?! Правда, не стоило сомневаться, после отдыха он возобновит ворчание с новыми силами.

 

Сам К'ирсан Кайфат, бывший капитан четвёртой роты Львов, бывший доверенный человек правителя Зелода, а теперь просто беглый преступник, сидел на небольшом брёвнышке спиной к костру и, полуприкрыв глаза, задумчиво кивал словам третьего спутника.

 

В сгустившихся сумерках, его облик мог напугать впечатлительного человека, а кого-то и схватиться за оружие. Блестящие клыки в широкой пасти, светящиеся жёлтым глаза, острейшие клыки и тёмный, расплывчатый силуэт: ну чем не демон?! Разве вот только ростом подкачал… Как можно воспринимать серьёзно существо, чуть выше твоего бедра, да ещё с такими огромными круглыми ушами?!

 

— …старейшины и шаманы не поверили, что ты, Рырга, остановил новое нашествие Отродий. Даже сожжённая скала их не убедила. — В тихом голосе маленького гоблина звучала ничем неприкрытая горечь. — Хотя твой уход в земли тарков многое изменил. Пуас сказал, что зло выпущено в мир и теперь от нас ничего не зависит. Следует думать о спасении народа…

 

— И что надумали? — Прервал молчание К'ирсан Кайфат и поманил пальцем Руала. Зверёк опять кружил вокруг гоблина, пугая того до дрожи в коленях. Похоже, Прыгуна забавлял страх урга, ну а тот слишком хорошо знал кто такие лесные кайфаты.

 

Уставившись на Ночного Прыгуна, запрыгнувшего к хозяину на колени, Гхол судорожно сглотнул и продолжил:

 

— Был объявлен большой сбор, на котором Пуаса поддержали все шаманы, и мы стали готовиться к Великой войне. Из ургов плохие солдаты, но когда от тебя зависит выживание рода…

 

— Да с кем вы воевать-то собрались?! — С непонятной злостью воскликнул К'ирсан и ударил кулаком по колену. — Со страшилкой из пророчеств?! Да вы против этих хфурговых Отродий ничего поделать не могли, а уж против…

 

Гоблин, до этого демонстрировавший одну только готовность подчиняться любому слову хозяина, аж подскочил от возмущения:

 

— Кроме Рырги, есть ещё и его слуги! Вот от них и следовало защититься!

 

Бывший капитан Кайфат понимающе скривился и уточнил:

 

— Как я понимаю, раз ты здесь, то затея этого вашего шамана не удалась? Хотя нет, если он просто захотел подгрести под себя побольше власти…

 

Ург в ответ угрюмо шмыгнул носом и тихо забормотал:

 

— Мы ушли в Пещеры. Это старое заброшенное селение почти у самого Леса, но и недалеко от побережья Большой воды. Это целый город из гротов и пещер, уходящий далеко под землю. Наш народ раньше жил там, но потом главы родов перессорились и все ушли наверх… А может и из Леса какое чудище повадилось кормиться в тех местах, кто сейчас упомнит?! Давно дело было!

 

Малыш, ты лучше не отвлекайся, а то до утра свою историю не расскажешь! — Предупредил молодого гоблина К'ирсан, и тот с готовностью кивнул.

 

— Ну, в общем, ушли все урги в пещеры, и в степи остались лишь небольшие охотничьи отряды. Так продолжалось почти сезон, но ничего не происходило. Даже духи молчали, вот Пуас и решил отправить посольство к таркам. Ну, меня с ними и отправили… Что?! А, почему меня… А кого ещё потерять не жаль?! С нами всего один Говорящий с духами был, остальные же либо просто охотники, либо ученики шаманов. — С болью воскликнул Гхол и опять всхлипнул. — Так я и попал на другой берег Костяной.

 

— И?

 

— А там шла война! Тарки сражались с гвонками, вот только в этот раз здоровякам туго пришлось. Их враги большую силу набрали. Много магии и злой волшбы, ещё больше умелых воинов. И война шла уже не за редкие безделушки, а за землю и пленников.

 

— Тарки — это ведь тролли? Как тот, что в клетке сидел? — От костра подошёл Тёрн с двумя плошками с ароматно пахнущим варевом и, сунув одну из них К'ирсану, уселся рядом. — Чтобы такие чудища и проиграли каким-то дикарям-гвонкам? Брехня!

 

— Я не вру! У кочевников появился великий вождь, он объявил войну не только таркам, но человеческим племенам. — Закричал Гхол и гневно сжал кулаки.

 

— Ну и дурак! Начал бы с одних, другими продолжил, а так проиграет! — Снисходительно бросил Согнар, зачерпнул кашу из тарелки и осторожно подул на ложку.

 

Случайно, вождя зовут не Теорн, сын великого Сохога? — Вдруг задумчиво спросил Кайфат, и Тёрн даже закашлялся от неожиданности.

 

Вопрос нового хозяина сильно развеселил гоблина и тот фыркнул:

 

— Нет. Теперь его зовут Великий Теорн сын Сохога! И он ходит под рукой Наместника Парсана Второго.

 

К'ирсан кивнул каким-то своим мыслям, после чего сунул свою тарелку гоблину:

 

— Ешь! Дальше можешь и не рассказывать: и так всё ясно. Ваше посольство столкнулось с летучим отрядом гвонков, нападение всадников на тиррах, короткая схватка, твоё пленение. А дальше уже по накатанной колее: ошейник, рынок, покупатели. Ничего нового!… Наказывали?

 

Последний вопрос был задан совсем иным тоном, в нём звучала искренность и неподдельное сочувствие. Маленький гоблин, который с жадностью набросился на предложенную еду, оторвался от плошки и судорожно кивнул. Из горла у него непроизвольно вырвался тихий полурык-полустон.

 

— Ладно, ты сейчас ешь и ложись спать, а завтра посмотрим, что можно с твоим ошейником сделать. — Со спокойной уверенностью в голосе приказал Кайфат и встал, разминая ноги. Задремавший было Руал тут же встрепенулся и спрыгнул на землю. На урга зверёк больше не обращал внимания.

 

— Рырга, но ведь его может снять только шаман… — Попытался робко возразить Гхол, уцепившись рукой за ненавистную кожаную полосу на шее, но К'ирсан его резко оборвал.

 

— Ничего, как-нибудь и без полубезумных колдунов справимся!… И запомни, я никогда не был, и не собираюсь становиться никаким Рыргой! Меня зовут К'ирсан Кайфат и никак иначе, понятно?!

 

Беглый капитан Львов холодно посмотрел на широко ухмыляющегося в темноте Тёрна и ушёл вслед за убежавшим Ночным Прыгуном. Поэтому только его старый друг и боевой товарищ услышал, как гоблин совсем тихо, но с нескрываемой радостью шепнул:

 

— Да, Рырга!

 

* * *

Но на следующее утро планы изменились. На скорую руку позавтракав, К'ирсан уселся в тени какого-то куста, а ургу приказал лечь рядом и положить голову себе на колени. Требование Рырги ушастый коротышка выполнил безо всякого нытья и оговорок, но вот только с отбивающими дробь зубами ничего поделать не мог.

 

— Да не трясись ты! — Раздражённо рявкнул Кайфат на перепуганного раба и принялся ощупывать чёрную поверхность ошейника. — Ничего я пока не делаю!

 

После пяти минут напряжённого молчания, ученик Шипящего досадливо вздохнул и, прикрыв глаза, принялся водить рукой над шеей молодого гоблина, изредка шевеля пальцами.

 

— Колется! — Тихо пискнул Гхол и попытался пошевелиться.

 

— Да спокойно лежи, разорви тебя демоны! — Сквозь зубы выругался К'ирсан. — Потерпишь!

 

Испуганный ург вытянулся в струнку и словно даже окаменел, но к стуку зубов теперь добавилось и едва слышное поскуливание. На этот звук даже прибежал Руал и теперь топтался рядом, сочувственно сопя. Так продолжалось ещё минут пять, пока начинающий чародей не отдёрнул руку и не заревел:

 

— Мархузова задница! Как всё сложно!!!

 

На крик подошёл Тёрн и вопросительно уставился на друга.

 

— Не получается! Десятки нитей Силы и все увязаны друг с другом. Только коснулся одной, как другая уже в сторону ушла. — С досадой К'ирсан потёр лицо ладонями и, словно опомнившись, бросил гоблину: — Вставай! Похоже тут работы не на один день!

 

— Знаешь, я тут как-то слышал, что такую игрушку только сардуорский шаман снять может. — Тёрн по-простецки ухмыльнулся. — Ты бы не переживал так. Ведь не всё нам бывает по силам, что-то остаётся недоступным…

 

— Но свой-то я ведь как-то снял! — Поморщился Кайфат и, раздражённо поджав губы, ударил кулаком в раскрытую ладонь. И в ту же секунду, уже злясь на собственную болтливость, покосился на улыбающегося Согнара.

 

— Ага, значит, тот длинноухий всё-таки не сбрехнул… — Грубовато сказал бывший сержант и добродушно добавил: — Да ладно тебе, капитан, ну ведь интересно же. Ты весь из себя такой загадочный, всё молчишь, таишься, вот и приходится цепляться за каждый слух и обронённое слово… Сколько ты, кстати, свой-то снимал?

 

— Больше года! — Прошипел в ответ Кайфат и ушёл к сложенным у погасшего костра вещам. За его спиной Согнар весело подмигнул поникшему гоблину, но затем, вспомнив сколько пришлось отдать за того денег, раздражённо сплюнул и прокричал:

 

— Вот, а ты с этим за полчаса собрался разделаться…

 

— Тихо! — Внезапно потребовал Кайфат и к чему-то прислушался. — Кали тебе в жёны, Тёрн, обоз идёт! Помогай вещи собирать!

 

На недоумённый взгляд друга К'ирсан нахмурился, но снизошёл до объяснений:

 

— Я саженей за сто отсюда сигнальную нить на дороге оставил, вот она сейчас и сработала… Заодно и проверил кое-какие предположения.

 

Сержант Согнар внутренне содрогнулся, но не стал уточнять не могло ли, скажем, случиться так, что при проверке этих самых предположений их всех разметало бы в клочки. С магами такое нередко случается, уж они многое повидали на этой войне! Солдат промолчал, сдержал рвущиеся наружу вопросы, и принялся выполнять просьбу-приказ старого товарища.

 

Несмотря ни на что, Западный тракт ещё не умер окончательно. Изредка на нём появлялись одинокие коробейники, бывало, целыми семьями уныло брели в поисках счастья и лучшей доли сорвавшиеся с насиженных мест крестьяне, а иногда, какой-нибудь купец всё-таки решался рискнуть и шёл в Джугу или обратно по ставшей опасной, но всё ещё удобной дороге. Кому-то везло, и он так и не повстречался с бандитами, расплодившимися на опустевших землях, кому-то не очень, и безымянная могила становилась ему последним пристанищем. По всякому бывало!

Власть над Торном манит многих. Выходят из лесов Светлые и Темные эльфы, бороздят воздушные океаны флотилии Нолда, а некроманты Тлантоса взывают к Тьме… Наступает смутное время, и вот уже звенят клинки в подземных городах гномов, а демоны Бездны штурмуют города беззащитных смертных. В мире, где на ветру развевается знамя пророчества, никто не сможет остаться над схваткой!