По закону перелетных птиц

Очередной фужер со стуком опустился на стол. Григ с усилием выдохнул и злобно усмехнулся. Хоть напиться, что ли…

Сидящая рядышком Реда обиженно дула губки и с беспокойством косилась на четвертый подряд фужер вина, выпитый Григом залпом. Что делать с пьяным магом первой категории, она понятия не имела. А тот, видимо, вовсе не собирался останавливаться на достигнутом…

— Здорово, друже! — шутливо шлепнул его по плечу здоровый парень-однокурсник.

Григ поднял мутный взгляд и с легкой улыбкой узнавания размашисто пожал поданную руку.

— Ты чего это? — Здоровяк без приглашения уселся рядом и по-дружески пихнул Грига в бок. — Еще и полуночи нет, а уже надираешься!

Тот только скривил губы в презрительной ухмылке.

— А что тут еще делать? Музыка — дрянь, толковой закуски нет, развлечений тоже… Только вот вино и остается.

Здоровяк сальным, наглым взглядом ощупал сидящую рядом с ним Реду, с интересом изучил воздушные розовые воланы вокруг глубокого декольте…

— Как это что делать? Такая дама простаивает… То есть просиживает…

Правда, Григ, может, пойдем потанцуем? — тут же уцепилась за его слова Реда. — Мне скучно!

Она уже здорово жалела, что сама напросилась на приглашение, всеми правдами и неправдами заполучив мимолетное внимание самого завидного кавалера Обители.

Григ словно и не слышал, что она сказала.

— Тебе нравится, ты и бери, — зло бросил он приятелю, и тот, не будь дурак, тут же предложил Реде присоединиться к танцующим.

— Ну и подумаешь. Ну и пойду! — обиженно крикнула она, картинно принимая руку подвернувшегося кавалера.

Григ даже не посмотрел им вслед.

Хмель тяжелым туманом бродил у него в голове, рождая самые причудливые фантазии. Переливчатая музыка оркестра слышалась отдаленным шумом водопада, голова кружилась, создавая ощущение бесконечного сплава по длинной извилистой реке…

— Эй, друг, ты бы сходил проветрился, что ли, — сочувственно предложил еще один знакомый, подхватывая его за плечи и не давая упасть лицом на стол.

— А? Ага, — кивнул Григ, через силу поднимаясь на ноги, и, пошатываясь, попытался сообразить, где дверь на улицу. Ага, слева потянуло прохладой…

— Тебя проводить? — бросил вслед знакомый.

— Не надо, разберусь, — отмахнулся Григ.

На улице было хорошо, прохладно. Свежий ветер быстро разогнал туман в голове, оставив только легкую тошноту напоследок. Но с этим можно было смириться.

Ночь выдалась яркая, ясная. Высокое черное небо холодно мерцало солеными кристаллами звезд, неестественно белая луна пугливо пряталась за редкими клочьями легких облаков.

Григ любил луну. Было в ней что-то величественное и непостижимое, как само мироздание. Она смутно тревожила, звала, обещала что-то… «Цельтесь в луну! — советовал им домн директор. — Даже если не попадете — окажетесь среди звезд!»

Григ не был падок на красивые фразы, но эта почему-то засела в памяти…

От стены главного корпуса, темневшего чуть левее Грига, вдруг оторвалась быстрая черная тень и стремительно, явно с какой-то целью, направилась к полям. Мужская походка, развевающиеся полы осеннего плаща…

Ничего, казалось бы, необычного, но… Что какому-то чужаку могло понадобиться там, где дисцитии проводят свои ненавистные полевые учения? А что чужак, так в этом и сомневаться не приходилось: ни одному дисцитию не разрешалось разгуливать по территории ночью с мечом у пояса (запрещение, связанное с древним табу на дуэли в пределах Обители), и ни один магистр не променял бы свою длиннополую мантию на обычный черный плащ…

Не задумываясь, зачем он это делает, Григ бросился вслед за странной тенью, догнать которую оказалось непросто. Мало того что незнакомец успел уже отойти на приличное расстояние, так он еще и передвигался хоть и шагом, но с такой скоростью, что поспеть за ним можно было только бегом.

— Домн! Эй, домн, погодите! — закричал Григ, когда расстояние сократилось до десятка саженей.

Мужчина остановился и развернулся. Подождал, пока дисцитий поравняется с ним, и возобновил путь. Григ, тяжело дыша, шел рядом.

— Ну? — негромко спросил мужчина.

— Что? — с усилием выдохнул Григ. Черт возьми, куда же это годится! Несчастная сотня саженей — и колотье в боку! Надо, надо возобновить утренние пробежки…

— Зачем звал? — пояснил вопрос незнакомец. Раздражения или досады в голосе не было. Может быть, недоумение и только.

Григ растерялся.

— А… Вы куда?

— На поля, — коротко ответил тот, щелчком пальцев создавая огненный шар, осветивший полсажени дороги впереди.

Григ перестал оступаться.

— А зачем? — спросил дисцитий, чувствуя себя полным дураком.

Маг остановился и внимательно посмотрел на Грига. Тому мигом стало стыдно и за мятый плащ, и за волнами распространявшийся от него запах перегара. Равнодушно пожал плечами:

— Пойдем со мной — узнаешь.

Маг развернулся и не оборачиваясь устремился вперед. Григ молча пристроился рядом.

Шли недолго, пересекли три поля для первокурсников, огромную общую поляну и осторожно тропинкой через овраг вышли на отдельные, особые поля. О них и знал-то не каждый дисцитий. Здесь отрабатывались выпускниками один на один с магистром самые сложные, смертельно опасные трюки. Исключительно с личного согласия дисцития.

Григ зябко поежился, оглядев заботливо укутанные темнотой редкие деревца. Эх, сколько раз его самого отсюда силком телепортировали прямиком в госпиталь, не сосчитать…

Маг теперь ступал медленно, осторожно, прислушиваясь к каждому шороху и еще больше к самому себе. Шел он по странной, нелогичной траектории, то удаляясь от оставшегося по его знаку на краю поля Грига, то, напротив, подходя почти вплотную.

Наконец, замерев саженях в трех от чахлой трехлетней елочки, маг неопределенно хмыкнул и остановился. Накинул на руку полы плаща, чтобы не мешали в драке, и проверил, легко ли выходит из ножен меч. Широкое надежное лезвие тускло сверкнуло узким глубоким долом в неверном лунном свете.

Выждав для верности несколько минут, Григ осторожно приблизился к своему странному спутнику, все еще ощущая легкую слабость в ногах и мысленно костеря всех бражников на чем свет стоит. Хотя при чем тут бражники? Самому думать надо было…

— Чего вы ждете? — негромко, глуховато обратился он к мужчине.

Тот презрительно дернул щекой, но ответил:

— Не чего, а кого.

— Так кого в таком случае? — настаивал дисцитий, ощущая, как где-то в районе селезенки просыпается тревожное и колючее предчувствие. Какое-то нехорошее предчувствие. Из тех, от которых так и тянет встать с кровати, зажечь все свечи в комнате и произнести пару-тройку бесогонных заклятий. На всякий случай.

Маг нахмурился и, мягко ступая кожаными подошвами сапог, по широкой дуге обошел ни в чем не повинное деревце, знаком позвав Грига за собой.

— Если бы я знал, кого, то не ждал бы, а напал первым, — сквозь зубы бросил он.

Григ пожал плечами и замолчал.

Странный человек. Даже не будучи знакомым, он уже производил неизгладимое впечатление, не столько подавляя свое окружение, сколько… не давая пересечь дистанцию. Как раскаленный плазменный шар, смотреть на реакции в котором с трех-четырех саженей невероятно интересно, но вот подходить и брать шарик в руки не советуется никому. Кроме одного-двух Избранных…

Маг стоял неподвижно, не проявляя ни недовольства от присутствия Грига, ни радости, ни нетерпения. Его, казалось, совсем не трогало это ненавистное даже бывалым воинам затишье перед боем, которое выматывает и раздражает куда больше самой драки. А в том, что драка вообще будет, Григ уже почему-то не сомневался. Интуиция при должном развитии служит на благо и мужчинам…

Негромко свистнул возникший только при замахе в руке дисцития меч, сверкающей белизной рассек темноту, словно ветхое покрывало. Маг уважительно присмотрелся, хмыкнул и покачал головой:

— Только не серебро.

— Почему? — оскорбился Григ за свой любимый клинок.

— Ядом оплавят, гады…

Григ покладисто дематериализовал меч и вытащил из воздуха другой — двуручный однолезвийный, с массивным, слабо изогнутым к острию клинком. Фальшион — так называли в Обители подобные клинки, не совсем точно передавая Крылатое наречие. Не такое уж распространенное оружие — предназначенные не столько для колющих, сколько для мощных рубящих ударов, фальшионы подходили не каждой руке. В частности, девушки, даже признанные мастера клинка, к ним не прикасались под страхом смертной казни.

Маг уважительно кивнул головой:

— Вот это дело.

— А вы, значит, все-таки знаете, кого мы ждем? — усмехнулся Григ. — Раз «ядом оплавят»?

— Скорее догадываюсь, — коротко отозвался мужчина.

Вглядываться ночью в смущенно шебуршащие на ветру уже облетающей листвой деревья и напряженно ожидать, как вот-вот из-за какого-нибудь ствола выскочит невиданное чудо-юда, — неблагодарное занятие. Глаза начинают слезиться от перенапряжения уже через пять минут, не помогают ни заклинание «ночного зрения» (к слову сказать, сомнительная вещь: три часа великолепного видения в абсолютной темноте оборачиваются трехчасовой же слепотой), ни частое смаргивание, ни попытки расслабить мышцы.

Маг же, казалось, и не вглядывался. Заглянув ему в глаза, Григ увидел бы только абсолютную темноту без всяких признаков человеческой сущности. Словно сознание его отправилось странствовать куда-то далеко и возвращаться в ближайшее время не собиралось. Но это ничуть не мешало магу чутко реагировать на малейшее подозрительное движение, шорох или вздох Грига.

Где-то вдалеке глухо и тоскливо прокричала бессонная сова — и тут же, словно по сигналу, всего в нескольких шагах от мага медленно, но неотвратимо начала разверзаться земля. «Не зря, черт возьми, место выбирал», — машинально подумал Григ, поудобнее перехватывая рукоять меча. Подземные гады — это еще не самое страшное. Они, как правило, ползучие, неповоротливые и боятся солнечного, да и вообще любого яркого света. Справимся…

— Хочешь совет? — негромко произнес маг, не двигаясь с места и не пытаясь сократить дистанцию до подозрительного разлома.

— Ну?

— Объявляй тревогу по Обители.

Тремя мягкими, скользящими шагами мужчина приблизился к только что показавшемуся на поверхности тагру и, пока тот еще не успел сориентироваться, с тихим присвистом клинка снес ему голову. Чешуйчатое тело конвульсивно дернулось и осело на землю.

Григ презрительно фыркнул:

— Неужели ради пары тагров стоит переполошить всех?

Второе чудище так же беззвучно отправилось к праотцам, но уже с легкой руки дисцития.

Маг, разом подобравшийся, пожал плечами:

— Ну я предупредил…

Пары тагров? Ха, не тут-то было!

Эти твари лезли наружу, словно забытая опара из кадушки, нимало не смущаясь безвременной кончиной сотоварищей. Через несколько минут Григ с новым знакомым рубились уже спина к спине, с большим трудом сдерживая натиск гигантских ящеров.

Затверженная до полного автоматизма «Sterlertta<$FСигнал тревоги.>!» сорвалась с языка инстинктивно, как лай у раздразненной непоседливым ребенком собаки.

Небо осветилось яркой изломанной молнией и, казалось, кусками сейчас осыплется им на головы.

Непривычные к яркому свету тагры испуганно заверещали, заметались, нападая без разбору на своих и чужих.

Маги. Пары, тройки и десятки тут же телепортировавшихся в ответ на призыв о помощи магистров, выпускников и обычных старшекурсников, не разбирая, кто прав, кто виноват, бросились на тагров с мечами, алебардами, рапирами и убойными заклятиями, рикошетом отскакивавшими от людей.

Началась та бестолковая и опасная давка, когда сотни сильнейших бойцов дерутся чисто по наитию, мало понимая, кого конкретно надо бить.

— Стойте! — загремел над полем зычный, усиленный заклинанием голос домна директора. — Все назад!

Торопливо отхлынувшие с поля боя люди получили возможность вдоволь налюбоваться на кишмя кишащую мерзкими тварями поляну. Будущий объект приложения физических, магических и, желательно, умственных сил.

— Тринадцать квадратов! — резко скомандовал домн директор? и тут же слаженно и завораживающе красиво, двенадцать архимагов во главе с ним самим выбросили золотистые огненные сети, разделившие всю поле на тринадцать секторов. Может, и не совсем квадратных, но критиков в тот момент не нашлось. — Разбиться парами! По шесть на сектор!

Григ, и не подумавший поменять неизвестного мага на кого-то еще, первым снова шагнул в месиво из плоти, едкой слизи и шипящих полузмеиных тел, не сомневаясь, что тот страхует его со спины. И не ошибся: парочка так ладно сработалась, что, разогнавшись, прошлась разрушительным волнорезом через море тварей и едва не вылетела в чужой сектор. Только властный окрик архимага вернул их к реальности.

— Сверху под шею бей! — крикнул Григу маг, кончиком меча доставая зубастого гада, пытавшегося в творческом порыве укоротить его черный плащ. — Но не выше: там пластины, вроде хитиновых: меч застревает.

Григ кивнул, что слышит. Было не до разговоров. Несмотря на массу тренировок, учебных тревог и великолепную организацию, магов теснили. Единственное, что радовало, — скорее количеством, нежели качеством. Раненых было много, но убитых пока нет.

Маг работал чисто и размеренно, честно покрывая положенные сто девяносто градусов. Себя Григ в пылу боя оценивать не умел. Пока жив, не ранен — уже достижение. Меч, заляпанный зеленоватой слизью, влажно сверкал в полумраке.

Архимаги, делая упор на природные недостатки тагров, развешивали в воздухе яркие до рези в глазах огненные шары, но ослепленные твари были ничуть не менее опасны, чем зрячие: так они вообще хватали раззявленными клыкастыми пастями все подряд.

Погнавшись за одним уж очень мерзопакостным гадом, Григ на несколько мгновений потерял контакт с напарником, но зато заметил тагра, подло кидающегося со спины на кого-то в плаще.

Осторожно! — завопил дисцитий, раскручивая меч в руке и одним броском вгоняя его в горло гаду.

— Спасибо, — отозвался знакомый голос. Григ пристально вгляделся в подающего ему обратно меч обладателя… обладательницу и грязно выругался.

— Ты какого ляда тут делаешь?

— Возвращаю должок, — усмехнулась Линта, снося голову покусившейся на Грига твари. — Ты так и будешь стоять или подерешься для разнообразия?

Григ автоматически перехватил меч поближе к гарде и, с одного взгляда поняв, что давешний маг уже нашел себе другую пару, встал спиной к спине с Линтой.

— Делать… нечего… В такую… мясорубку… полезла…

Слова звучали отдельно, хотя и довольно ровно, с перерывами на лишний выпад и удар.

— А с каких это пор у нас в Обители половая дискриминация? — возмутилась Линта.

Она говорила легче, хотя и прерывисто. В отличие от размеренно державшего темп Грига дисцития предпочитала сражаться короткими сериями быстрых ударов и уколов. Рапира летала в ее руках, словно живая, насвистывая что-то свое, в меру мелодичное и безмерно кровожадное.

— Так… хочется… на тот… свет?..

Сразу несколько тварей атаковали Грига с трех сторон, но Линта, развернувшись на мгновение, сократила число противников вдвое.

— А тебе?!

— Тебя… не… переспоришь, — отчаялся Григ.

Линта рассмеялась.

«Танцующая с клинком» — недаром молодняк окрестил ее этим почтительным прозвищем-званием. Линта не просто блестяще сражалась, но и получала от этого удовольствие, в неистощимом азарте кидаясь на полчища ядовитых врагов. Словно речь шла не о жизни, а о красоте и скорости показательного ярмарочного боя.

«Сумасшедшая!» — с восторженным благоговением подумал Григ.

— Под шею сзади бей. Выше — дрянь какая-то, меч застревает, — путано передал он совет странного знакомого.

— У меня рапира, — отозвалась Линта. — В глазницы метить — самое оно.

— Гуманистка!

Краем глаза выцепив среди дерущихся своего однокурсника, сражающегося рука об руку с небезызвестным Григу мечником, дисцитий по-разбойничьи засвистел, привлекая их внимание.

— Эй, Крешимир! Давайте сюда!

Не задавая лишних вопросов, парочка прорубилась к ним.

— Ну чего?

— В треугольник ее! — быстро скомандовал Григ, отнимая у Линты рапиру и растворяя ее в воздухе.

Маг и Крешимир не задумываясь прикрыли Линту, заключив в пересечение магических энергий, прежде чем она успела возмутиться. Григ встал третьим.

— Ну ты и!..

— Грязная ругань из уст дамы звучит отвратительно, — предупредил Григ. — Дома ругаться будешь, колдуй давай!

— Я тебе это припомню, зараза ты этакая!

— Девушка, мы не в праздничном балагане! Давайте без сцен! — вмешался маг.

Линта, судорожно сглотнув, задушила свое возмущение и через силу сосредоточилась.

Еще один, мало кем ценимый талант. Ведьма превосходно умела собирать и использовать чужую энергию — при условии, разумеется, что владелец был не против ее отдать,. Вот и сейчас Григ поставил ее в треугольник не только для того, чтобы защищать от атак тагров, но и потому, что в треугольнике пересекались ауры всех трех магов. А уж Линта умела воспользоваться подобной ситуацией!

Один за другим тагры захлебывались огненными клубками, отступали перед крутым кипятком, валились наземь, оплетенные сетью молний… Линта забирала энергию осторожно, не разрывая ауру, а отделяя готовые послужить на благо человечества волокна, и, наскоро ассимилировав их своей силой, полуоформленными комками заклятий посылала на вопящих от боли тварей.

Прочие маги, наученные горьким опытом, сообразили, что при таком количестве противников куда проще убивать их скопом, чем отсекать каждому голову или метить в глазницы. И полетели огненные валы, силовые волны, сметавшие тагров десятками. Правда, страдали и свои, маги, не успевшие вовремя поставить блок, но тут уж ничего не попишешь…

И нежить дрогнула. Сначала медленно и нерешительно, как будто стыдливо, потом с нарастающей скоростью и диким визгом тагры бросились назад, в ветвистый разлом, из которого и вылезли. Маги, опьяненные запахом победы, перемешав сектора и плюнув на парный бой, неслись следом, с улюлюканьем потрясая мечами…

Григ, самодовольно усмехнувшись, пожал руки соратникам и осторожно повернулся к Линте.

Ведьма озабоченно разглядывала глубокую борозду-царапину на предплечье. Сама-то она по себе опасений не внушала, а вот если когти окажутся с ядом…

— Сердишься?..

Дисцития подняла на него глаза, попыталась изобразить на лице праведное возмущение, но не преуспела, рассмеявшись.

— А не пошел бы ты… за бинтами, а?!..

Каждый сверчок знай свой шесток.

Ни за бинтами, ни за настойками, ни за зельями Григу, разумеется, идти не пришлось.

«Sterlertta» — это не рядовой вопль заплутавшей в лесу дисцитии и даже не истошное «На помощь!», сопутствующее вороху грязной ругани. Едва с уст мага срывается последний звук этого призыва, как вся Обитель оказывается в курсе, что пришла опасность.

И на место происшествия мгновенно телепортируются не только боевые маги и мечники, но и знахари, травники и лекари, которые скромно жмутся к краю поля сражения во время битвы и мгновенно уверенно прибирают власть к своим привычным к крови и ранам рукам, чуть только основной бой останется позади.

Это их пиковое время, когда даже грозный мечник, одним ударом меча четверть часа назад уложивший пять тагров, робко вжимает голову в плечи при грозном окрике: «Не сдвигать повязку!»

Линта сдавленно ругалась сквозь стиснутые зубы: яд, оказавшийся-таки на когтях тварей, не замедлил показать себя во всей красе. Рука стремительно опухала и теряла всякую чувствительность. Было не столько больно, сколько страшно, что она так и останется парализованной на всю оставшуюся жизнь. С нежитью шутки плохи…

— Линта! — Григ с силой сжал ее плечи, заставив поднять взгляд. — Слушай меня! Оставайся здесь с Крешимиром и никуда не уходи, слышишь?! Я приведу кого-нибудь… Ты поняла?

Девушка молча кивнула, послушно отходя к однокурснику. Тот покровительственно приобнял ее за плечи, взглядом попросив Грига поторопиться.

Григ заозирался в поисках белых плащей — традиционного одеяния травников и лекарей. Небольшая группа толпилась саженях в двадцати левее, и дисцитий, недолго думая, направился туда.

Нет, ну почему Линта? Не Крешимир, не маг, не он сам, в конце концов? Что у нее сегодня за день кривой такой?

Григ в мыслях грязно выругался и ускорил шаг.

Ночь выдалась редкая: ясная, равнодушная и неправдоподобно холодная для самого начала осени. Днем еще даже никто куртки под плащи не поддевал, а сейчас руки стыли на ветру. Подозрительно спокойные и невозмутимые звезды с непостижимой высоты безразлично взирали на суетливо копошащихся где-то безумно далеко внизу людей, у которых выдалась на редкость беспокойная ночка.

Дисцитий мрачно сплюнул и целенаправленно устремился к травникам, когда…

— Григ!

Реда, от общества которой от довольно грубо избавился несколько часов назад, повисла на нем, как утопающий на бревне.

— О боги, и ты тоже?! — пораженно вскрикнул Григ.

Если Линта с рапирой в руках — зрелище хоть и несколько унижающее мужское достоинство, но в целом вполне приемлемое и даже, признаться, захватывающее, то представить себе вот эту плаксу с девятого потока с мечом наперевес Григ не смог бы под страхом смертной казни.

— Что — тоже? — всхлипнула девушка.

— Ах, нет, — запоздало сообразил дисцитий.

Поверх все того же светлого, не то розового, не то лилового платья был накинут форменный белый плащ. Травница.

Немудрено. Что такому эфемерному созданию делать среди боевых магов? Странно, как она вообще в ведьмы-то попала…

Впрочем, приглядевшись к девушке повнимательнее, Григ понял, что и травница из нее вышла, откровенно признаться, никудышная. От запаха свежей крови, так дурманящего головы бойцов, ее явно мутило, на что недвусмысленно указывал нежно-зеленый цвет лица и быстро наполнявшиеся слезами глаза. Накинуть на себя что-нибудь потеплее шифонового платья она и не подумала, хотя уж у кого-кого, а у лекарей на это времени было предостаточно, все равно поначалу стояли тут без дела. А теперь ее била крупная лихорадочная дрожь — верная предвестница простуды.

— Григ, я ничего тут не понимаю… Что мне делать?

Та-а-ак… Вот только истерики ему тут и не хватало. Как будто неясно, что делать. Проку от нее все равно не больше, чем с домового в брачный период, так что…

Григ быстро огляделся по сторонам, выискивая знакомых.

— Эй, Валь! Да-да, ты, иди сюда!

Вяло ругаясь, к Григу подошел знакомый. Имя и лицо — больше дисцитий не помнил ничего, но бывают ситуации, когда достаточно и этого.

— Нет, ну ты только глянь, — возмущался Валь. — Во что меч превратили, сволочи!

В качестве вещественного доказательства понесенного ущерба Григу был предъявлен некогда весьма и весьма недурной меч, ныне пребывавший в более чем плачевном состоянии. Выковать новый теперь было проще, чем привести в порядок этот.

— А ведь высшей пробы серебро было! — сокрушался Валь.

— Серебро? — быстро переспросил Григ. В голове озарением вспыхнуло показное презрение давешнего мага к благородному, казалось бы, металлу…

— Ну да, серебро… Нам же всем ковали еще тогда, на девятом курсе… А что?

— Да нет, ничего, — отмахнулся Григ. — Слушай, не в службу, а в дружбу — отведи девушку в корпус, а? Нехорошо ей…

— Вижу, — мрачно кивнул тот и, не задавая лишних вопросов, поддержал под руку оступившуюся Реду. — Ладно, чего уж там. Должен будешь!

— Непременно, — крикнул Григ, уже убегая.

Столь соблазнительная кучка травников, разумеется, ждать его не стала — рассыпалась по полю, словно горсть семян по борозде, — ищи теперь. Да и заняты все…

Григ, кусая губы, казнил себя за нерасторопность, пока вдруг не заметил Крешимира, изо всех сил старавшегося взмахами обеих рук разом привлечь его внимание. Григ торопливо протолкался к товарищу.

— Ну чего?

— Да ничего, хватит по полю, словно заполошенный, метаться, — дружески хлопнул его по плечу приятель.

— Вы нашли ей лекаря?

— Сам нашелся…

Непростительно поздно Григ вспомнил, что при делении на тринадцать квадратов делятся не только боевые маги, но и травники, так что нечего было носиться с бешеными глазами, приводя встречный люд в ужас, когда стоило всего лишь выяснить, какие лекари прикреплены к их сектору…

— Да брось ты! — угадав его мысли, фыркнул Крешимир. — Все мы сильны задним умом!

Григ согласно усмехнулся, ускоряя шаг.

Интересно, какой сектор он ослабил в лекарском отношении, отправив Реду в корпус? Впрочем, ослабил ли? Судя по ее лицу, еще несколько минут — и у травников ее сектора только прибавилось бы работы, а никак не наоборот.

— А Линта твоя ничего, молодец, — тем временем продолжал разглагольствовать Крешимир. — Вся белая, словно полотно, под глазами круги лиловые, но молчит, хоть бы пожаловалась, что ли! Я ей говорю: «Ты хоть когда падать будешь — предупреди, ладно?» — а она спокойно, серьезно так: «Ладно, — говорит, — постараюсь!» Даже маг этот на нее с уважением поглядывает. Где ты его раскопал, кстати? Дерется, словно сам дьявол!

— Ну хоть бы при девушке не ругались, а! — укоризненно покачала головой травница лет сорока, хлопотавшая вокруг Линты.

Парни и сами не заметили, что уже пришли.

Дисцития, и вправду бледная, словно сама смерть, сидела, прислонившись спиной к поддерживающему ее за плечи магу, и судорожно цеплялась за ускользающее сознание. Маг в сознании регенерирует в два-три раза быстрее, а вот в отсутствие оного восстановление существенно замедляется, а то и совсем останавливается где-то на обычном человеческом уровне.

Травница опытными, внушающими доверие движениями взрезала на ней плащ и отшвырнула в сторону, оголив тонкую, изуродованную когтями твари руку.

— Однако…

— Плохо? — осторожно поинтересовался Григ.

Сам он в лекарском деле был почти ничем, так, наскоро перетянуть руку повыше раны, чтобы уменьшить кровопотерю, — вот, пожалуй, и все, на что он был способен.

Травница посмотрела на него, словно на умалишенного, и тайком от Линты покрутила пальцем у виска. Дескать, нашел, при ком такое спрашивать! Григ покаянно прикусил язык.

Методично перерыв поясную сумочку с настойками, травница достала несколько флаконов, долго выбирала, то с сомнением глядя на быстро опухающую, но не затягивающуюся, несмотря на все старания Линты, рану, то подозрительно принюхиваясь к содержимому бутылочек темного стекла. Наконец она определилась и решительно раскупорила флакон.

— Будет больно. — Строгое предупреждение было обращено ко всем сразу: и к Линте — во избежание болевого шока, и к парням — чтобы не пугались криков.

Ватный тампон задымился, едва соприкоснувшись с прозрачной жидкостью и уж тем более с мгновенно побелевшей кожей на руке Линты.

Ведьма не кричала, только бессильно скрежетала зубами и загребала свободной рукой влажную пожухлую траву.

— Ну все уже, все, все, — привычно забормотала травница, торопливо, но туго перебинтовывая обработанную раствором руку.

— «Слезы единорога»? — сквозь зубы выплюнула Линта.

Женщина заинтересованно вскинула брови:

— Гляньте-ка, а она еще и в травах разбирается! Молодец, девочка, далеко пойдешь!

Маг, осторожно помогая Линте встать, согласно кивнул:

— Да… Такой ведьме суждена великая жизнь…

— Я бы предпочла счастливую, — честно призналась Линта, кивком благодаря отправившуюся к прочим раненым травницу.

Маг расхохотался:

— Губа не дура!

Линта лишь холодно поклонилась, но не ответила. Развернулась и медленно побрела к едва виднеющемуся вдалеке корпусу. Длинные полы разодранного плаща уныло волочились по сырой осенней траве.

— Эй, тебя проводить? — запоздало крикнул ей вслед Григ.

Ведьма только отмахнулась. Разберусь, мол.

Фантастический роман. Клубок дворцовых интриг, свист выхваченной шпаги, разрушительная мощь древней магии, отчаянный взгляд вчерашних всесильных владык… Для кого-то это светопреставление, для кого-то - долгожданный результат тщательно подготовленного восстания, а для них - просто норма жизни. Они не умеют по-другому… Они приходят тогда, когда смертельно необходимы, и уходят, лишь только перестают ощущать себя таковыми. Они не знают, что такое бездорожье, потому что дорога ляжет там, где они собираются пройти…