Мир Васнецова: 1848-1926

I

Вятское детство

Виктор Михайлович Васнецов родился 3 (15) мая 1848 года в селе Лопиял Вятской губернии в семье Михаила Васильевича Васнецова и Аполлинарии Ивановны Васнецовой, урожденной Кибардиной. Отец будущего художника был потомственным священником, имевшим скромный церковный приход и земельный надел. Мать принадлежала к старинному роду коренных вятичей. Сама фамилия Васнецовы происходила от имени поселянина Василия, его потомки прозывались Васинцами, позже они обрели фонетически благозвучное окончание "нецовы". Растущую семью Михаил Васильевич перевез в оживленное село Рябово, где продолжилась его служба священника вблизи города Вятки.
Первыми словами, услышанными мальчиком из уст родителей вместе с колыбельной лаской, стали молитвы во славу божию, а первыми изображениями, поражавшими его взор, были иконы с ликами святых, освещенными мерцающим огнем лампады в красном углу безыскусно обставленной комнаты в бревенчатом доме.
В 1870 году Виктор Васнецов уже в академическую пору выполнил графический портрет отца с надписью "О. Михаил Васнецов. По воспоминаниям". В его памяти остался облик православного проповедника, погруженного в познание евангельских истин и доносящего их вечный смысл до прихожан, уводя их от повседневных забот о хлебе насущном. К тому же Михаил Васильевич обладал пристрастием к рисованию и доносил его уроки до Виктора и младшего сына Аполлинария. Мальчики рисовали корабли и погружались в неведомые странствия по морям и океанам. По вечерам отец выводил их в чистое поле и показывал покрытый звездами небосвод — нерукотворное творение Бога и Вселенной.
Отзываясь о детских годах, Аполлинарий Михайлович Васнецов писал о степенном укладе их семьи, об окружавшей село Рябово природе, вдохновлявшей обоих братьев в избранной профессии: "Из окон нашего дома был виден большой лес, залегавший в верховьях Рябовки. До лесу было всего версты две, и мы часто ходили в него за грибами, а когда выросли, мы с Виктором ходили туда рисовать. Сохранился этюд, написанный братом Виктором масляными красками, когда он приезжал на каникулы из Вятки". В пейзаже "Река Вятка", созданном Виктором Васнецовом в 1878 году, передано ощущение погожего летнего дня, когда по дороге к тенистой гуще хорошо дышалось в раздолье полевых трав и бурьянов, взраставших вдоль русла проточной воды.
В темную зимнюю ночь, когда промерзшее Рябово накрывалось пышным одеялом из снега, детям Васнецовым являлась ледяная дочь Мороза Снегурочка. О нравах бессолнечной страны берендеев они слышали от старой няни, сказовавшей о плаче осиротевшей Аленушки, о томившейся в темнице царевне, охраняемой Серым Волком. Народные предания Виктор Васнецов познавал и в общении с рябовскими жителями, о чем он говорил в зрелые годы критику и биографу В. В. Стасову: "Я жил в селе среди мужиков и баб и любил их "народнически", а попросту, как своих друзей и приятелей, — слушал их песни и сказки, заслушивался, сидя на посиделках при свете и треске лучины». Былинные напевы отразились в его носивших мемуарный характер рисунках "Бабушкины сказки" и "Сказки деда", начертанных графитным карандашом в 1870-1871 годах.
Настоящую радость испытывали и старый, и младый, когда таяли сугробы и коробейники раскладывали на ярмарочной площади изделия вятских умельцев. Среди народных промыслов славились шкатулки "с секретом" — музыкальным звучанием, выточенные из овальных наплывов кап — корешков, встречающихся на стволах, сучьях, корнях деревьев. На коричневом фоне, покрытом лаком и отполированном, выступала фактура древесины, своего рода естественная орнаменталистика, состоявшая из замкнутых кругов, волнистых линий, неровных пятен и точек. Женщины из Дымковской слободы выставляли в ряд свистульки, фигурки животных и людей — барынь, модниц, франтов, наездников и наездниц. Они лепились из глины вручную, просушивались, обжигались в деревенской печи и покрывались темперными красками, закрепленными слоем яичного желтка. Скульптурная форма и роспись делались сразу, без поправок и доделок, поэтому на всей "дымке" лежал оттенок живой импровизации.
Через годы Виктор Васнецов в эскизах костюмов персонажей к опере "Снегурочка" в Абрамцевском кружке воспроизвел дымковские мотивы, щедрые в декоративной игре затейливых тонов.
Когда сыну исполнилось десять лет, отец, видевший в нем наследника семейной профессии, увел отрока из мира славянских увлечений и направил учиться в духовное училище. После его окончания в 1862 году он перешел в классы Вятской духовной семинарии. Наряду с постижением священных текстов юный семинарист занимался на уроках церковной живописи, которые вел художник Н. А. Чернышев, имевший в Вятке иконописную мастерскую. Учитель и ученик ходили в городской музей, рассматривали гравюры и репродукции с картин русских художников, копировали гипсовые слепки со скульптур.
В доме Н. А. Чернышева Виктор Васнецов познакомился с сосланным в Вятку за вольнолюбивые воззрения польским художником Эльвиро Андриолли, разделившим судьбу отправленных в отдаленную от столицы местность писателей А. И. Герцена, М. Е. Салтыкова-Щедрина, архитектора А. И. Витберга. Их просветительская деятельность оказала большое воздействие на формирование круга вятской интеллигенции. А. И. Витберг составил проект собора, строившегося в октябре 1863 года. В его росписях в качестве помощника Эльвиро Андриолли принимал участие Виктор Васнецов.
М. Е. Салтыков-Щедрин писал в "Губернских очерках" о приветливых и доверчивых вятичах: "Мне отрадно и весело шататься по городским улицам... Мне мил этот общий говор толпы, он ласкает мой слух". Выходя после канонических занятий в духовной семинарии, Васнецов тоже с нетерпением вглядывался в лица обыкновенных, ничем будто не примечательных горожан и окрестных крестьян и заносил их характерную внешность на листы бумаги. Ранние из его сохранившихся рисунков и акварелей — "Отставной солдат", "Отдыхающий прохожий", "Дед и внук", "Слепой нищий с поводырем" относятся к 1865—1866 годам. Руку их автора не просто занимали мимолетные зарисовки с натуры, в каждом из этих листов ощущалось его знакомство с набиравшим силу реалистическим направлением в живописи. Выходец из крепостной среды, В. А. Тропинин изображал на своих полотнах "Кружевница", "Белошвейка", "Золотошвейка" мастериц, занятых повседневным трудом в окружении привычных им предметов и тем самым прокладывал путь к основам бытового жанра. Их плодотворное развитие ощущалось в картинах П. М. Федотова "Свежий кавалер", "Сватовство майора", В. Г. Перова "Тройка", "Чаепитие в Мытищах".
Можно провести сравнение формировавшихся в середине 19-го века тенденций изобразительного искусства с отечественной словесностью, демократический дух которой возрос из пушкинских "Повестей Белкина" и гоголевской "Шинели". Живописные произведения Тропинина, Федотова» Перова повествовали о житие маленьких людей, наивных и незащищенных от надвигавшихся на них обстоятельств изменчивой фортуны. Виктор Васнецов в композиции вятского периода "Зима" начертал фигуру обездоленной старухи в ветхом заплатанном зипуне, прижимающей к груди полена березовых дров, которые спасут ее бедное жилье от пронизывающего ветра. Это была и быль, и притча-сказка, только без обнадеживающего конца.
На протяжении всей творческой жизни Виктор Васнецов держал в мастерской тетрадь с надписью: "Все рисунки, заключающиеся в этой тетради, исполнены мною в Вятке в 1866, 67, 68 годах для г-наТрапицына..." Это были иллюстрации, выполненные по просьбе вятского этнографа Н.Трапицына, подготовившего книгу "Собрание русских пословиц". В семидесяти пяти рисунках молодой художник изобразил повседневные сцены — сельскую трапезу, базарный день, обстановку крестьянской избы, беседу священника с прихожанами и многое другое из провинциального быта, что выливалось в народное словцо: "Без Бога ни до порога", "По одежке протягивай ножки", "Ешь репу вместо ржи, а чужого не держи", "Мило тому, у кого много в дому".
О том, насколько Васнецов ценил свои ранние труды, свидетельствуют строки его письма, посланного В. В. Стасову в октябре 1898 года: "У меня и теперь хранится порядочная папка рисунков того времени, — будете в Москве, я Вам покажу их". Эти оригиналы получили доступ к широкой публике в 1913 году, когда они были выпущены в альбоме "Товарищества скоропечатни А. Левенсон" и снабжены собственоручными надписями художника.
Наряду с жанром книжной иллюстрации Виктор Васнецов обратился к возможностям живописной манеры письма. Вместе с художником Эльвиро Андриолли он внимательно рассматривал репродукции произведений великих мастеров итальянского Возрождения Рафаэля и Микеланджело, его поразили масштабом и великолепием исполнения картины "Последний день Помпеи" Карла Брюллова, "Явление Христа народу" Александра Иванова.

Книга посвящена выдающемуся русскому художнику, создателю национальных полотен Виктору Михайловичу Васнецову. В ней рассказывается о жизненном и творческом пути мастера, его достижениях в области станковой живописи, графики, архитектурного проектирования, раскрываются особенности васнецовского стиля, оказавшего существенное воздействие на формирование отечественного изобразительного искусства.