Червячок Игнатий и его чаепития

Загадочные звуки не давали червячку Игнатию покоя.
То ли в этот день он переутомился, рыхлив землю больше, чем обычно, то ли переживал из-за прочитанного, но ему никак не удавалось спокойно подумать. Он лежал в приятной бархатной травке, погода была расчудесная, но рядом, из-за забора, доносилось странное бормотание, которое его беспокоило.
В конце концов червячок решил разведать, в чём дело. Он нашёл в заборе дырочку (находчивый червячок всегда сумеет это сделать), пролез через неё и увидел на скамейке мальчика, от которого шло бормотание. Выглядел мальчик забавно. На плечи он набросил, как плащ, кусок тёмной материи, которую правильнее было бы назвать тряпкой. На носу у него с трудом удерживались кругленькие очки – вернее оправа без стёкол. Она была рассчитана совсем на другое лицо (должно быть, на бабушкино или на дедушкино). В руке мальчик держал палочку, которой водил над банкой с синей водой, произнося непонятные слова.
Стараясь понять, что происходит, Игнатий приблизился к скамейке.
– Эх, опять не получается! – с досадой вздохнул мальчик.
Он огляделся вокруг, и его взгляд упал на червячка неподалёку от скамейки.
– Попробую другое заклинание! – оживлённо воскликнул он, наклоняясь и водя палочкой над червячком. – Превращу червяка в человека.
И опять забормотал что-то непонятное. Червячок Игнатий подумал, что настало время познакомиться и произнёс, как обычно:
– Добрый день! Меня зовут червячок Игнатий.
– Ура, наполовину сработало! – обрадовался мальчик. – Он уже говорит. И имя человеческое.
– Я давно умею говорить, – честно признался червячок. – Имя у меня такое тоже с самого рождения. А ваше имя как?
– Наше? Моё то есть? Ну... Петтер – вот как меня зовут!.. Значит, это не заклинание подействовало?
– Нет, конечно. На меня вообще заклинания не действуют. Зато я знаю, какие книги вы читали, а какие нет.
– Кто мы?.. Ой, червячок Игнатий, а можешь меня на "ты" называть? Ты что, мысли угадываешь? Ну, это, про книжки...
– На "ты" называть могу, – согласился червячок, – а мысли угадывать – нет. Но ты наверняка начитался про Гарри Поттера.
Петтер смущённо отвёл взгляд:
– Вообще-то я его не читал... Слишком книжки толстые. Я его смотрел...
– Да... – понимающе кивнул червячок Игнатий. – И решил тоже колдовству научиться?
– А мне ребята рассказали несколько заклинаний, вот я и пробую.
– Это потому, что ты про Нарнию не читал.
– Не читал... Но тоже смотрел. А причём тут Нарния? – удивился Петтер.
– Про Нарнию читать надо, – мечтательно произнёс червячок Игнатий. – Если читаешь, ты как будто побывал там. А когда смотришь – видишь только то, что режиссёр придумал... В Нарнии узнаёшь, чем настоящая жизнь отличается от фальшивой. И что колдовство – это как раз из фальшивой жизни. – Ну, ты так говоришь... Как будто сам в Нарнии побывал.
– Я и побывал, – подтвердил Игнатий. – И всем своим друзьям про неё за чаем рассказывал.
– А где это вы чай пьёте? – заинтересовался мальчик.
– У меня в норке.
– Эх, если бы я мог в червячка превратиться, я бы тоже к тебе на чай попал! – развёл руками Петтер. – Вот видишь, пригодилось бы колдовство!..
Он на всякий случай постукал себя своей палочкой, но всё-таки она, видимо, была недостаточно волшебной.
– Все колдуны – несчастные люди, – возразил червячок Игнатий. – У меня к тебе, Петя, другое предложение. Тебя ведь по-настоящему Петей зовут?
Петя смущённо кивнул и тут же переспросил:
– Какое предложение?
– Я с удовольствием расскажу тебе про Нарнию, и не надо ни в кого превращаться. Будешь знать о ней так, будто сам там побывал. А потом... – червячок сделал паузу, убедился, что мальчик внимательно слушает, и продолжал: – Потом ты можешь собрать друзей на СВОЁ чаепитие и рассказать им о Нарнии то, чего они в фильме и не видали.
– Ух ты, здорово! – откликнулся мальчик и уселся поудобнее. – Давай!.. То есть расскажи, пожалуйста.
И червячок Игнатий пустился в воспоминания о Нарнии...
Когда он вернулся к себе в норку, там уже хлопотали, накрывая стол к чаю, божья коровка Пятнашка и стрекозка Зоя.
– Ещё чуть-чуть – и ты опоздал бы на чаепитие! – сказала Пятнашка, стараясь казаться строгой. – Может быть, случилось что-нибудь необычное? – заинтересовалась Зоя.
– Да, – подтвердил червячок Игнатий. – Произошло необычное, но очень приятное превращение неудавшегося колдуна Петтера в замечательного мальчика Петю. Если, конечно, он не станет называть себя Питером, как зовут одного из героев Нарнии, который ему очень понравился...
Кстати, Петя обещал когда-нибудь пригласить меня на своё собственное чаепитие.

Все ли мы умеем пить чай? Ну, конечно, просто выпить чашку чая сумеет каждый. А вот умеем ли мы пить чай так, как это делают в норке у червячка Игнатия? Когда у него за столом собирается компания друзей - божья коровка Пятнашка, жук Дормидонт, паук Пафнутий и многие другие - это не просто питьё чая, а настоящее ЧАЕПИТИЕ. С разговорами обо всяких интересных вещах, об удивительных происшествиях и о приключениях, которые бывают у каждого из нас, хотя мы не всегда умеем их замечать. Кроме чаепитий, червячок Игнатий успевает рыхлить землю, читать книжки и попадать в те самые приключения, о которых потом хочется поговорить с друзьями за чаем. Что бы с ним ни случалось, он умеет оставаться умным, добрым и вежливым даже с теми, кто этого не очень заслуживает. Может быть, поэтому он умеет замечательно выходить из любого положения, даже самого сложного. И при этом ещё помочь своим друзьям или кому-нибудь из новых знакомых. В этой книге рассказано про самые разные приключения червячка Игнатия - и про чаепития, на которых обсуждались (или даже происходили) эти приключения. Так что заходите в гости к червячку Игнатию на чашечку чая. Четвертая книга о червячке Игнатии, о его друзьях и о том, как интересно жить. О том, сколько важного и удивительного вокруг нас. О том, что необыкновенным становится даже обычное чаепитие, если за чашечкой чая встречаются те, кто умеет замечать и удивляться. Двадцать сказок, входящих в эту книгу, адресованы прежде всего детям дошкольного возраста. Но и дети постарше, и взрослые прочитают их с удовольствием. Лучше всего, если эти сказки послужат для семейного чтения - для общих переживаний и обсуждений. Для семейного чтения. 2-е издание.