Садовник Флоренций

Флоренций внимательно оглядел полку с булочками и робко попросил:
– Мне бы вот эту, с вишнёвым вареньем, и, если можно, ещё вот ту, которая с краю лежит, с изюмом и шоколадной глазурью.
Получив обе булочки, он одну – ту, что с изюмом и шоколадной глазурью, – сразу надкусил, а другую – с вишнёвым вареньем, – немного подумав, убрал в большой карман передника.
Булочку Флоренций ел медленно, откусывая совсем-совсем малюсенькие кусочки. Не только потому, что был хорошо воспитан, а ещё и для того, чтобы как следует её распробовать. Доев, на мгновение зажмурился и прочувствованно сказал почему-то стихами:
– Ах, какой волшебный миг, отчего ж ты невелик?
После чего перешёл на прозу и уже спокойнее прибавил, обращаясь к хозяину дома:
– Если честно, дорогой Пекарь, пришёл-то я не за угощением, а чтобы расспросить насчёт чёрных роз. Может, ты что-нибудь о таких слышал?
Как-то я поставил торт «Чёрный Лес» печься и уснул, а когда проснулся, увидел, что он и в самом деле получился совсем чёрный. Такой чёрной бывает только совершенно обуглившаяся головешка. Медведь Аптекарь тогда даже всем строго-настрого запретил покупать у меня этот торт, а ведь сам, когда готовит свои лекарства, каких только диковинных гадостей не добавляет в них. Кто ж этого не знает!.. Но с тех пор я, когда пеку пироги, стараюсь не оставлять их без присмотра ни на минуту.
– Как интересно, – задумчиво протянул Флоренций, – но всё равно это не то, что мне надо. – И вышел на улицу.
А на улице подумал, что не помешало бы разыскать медведя Бродягу: тот столько везде скитался и странствовал, что у него наверняка найдётся о чём порассказать. Кроме того, он, как никто другой, хорошо знаком с Чёрной Стороной Жизни.
Однако медведя Бродяги нигде не было видно. Бродит, должно быть, по уединённым и запутанным переулкам Мишкограда, решил Садовник. И надо же – только Флоренций свернул за угол, как сразу же нос к носу столкнулся с тем, кого отправился искать. Медведь Бродяга робко топтался у дверей ратуши и никак не мог решить, войти ли ему в эту дверь или лучше не надо.
– Вот хорошо-то, я как раз тебя и ищу! – обрадовался Флоренций.
– Чего уж тут хорошего... Когда меня кто-нибудь ищет, ничего хорошего ждать не приходится. Так уж оно есть, и всё тут, – ответил медведь, оглядев на Садовника сонными и бесконечно печальными глазами.
– Это смотря кто ищет! Лично я всего только и хочу, что спросить у тебя про чёрные розы. Может, ты когда-нибудь видел их или хотя бы слышал про такие? Ты-то ведь побывал и там, куда никто никогда не забирается. – С этими словами Флоренций вытащил из кармана передника булочку со сладким вишнёвым вареньем и протянул её другу.
Глаза у медведя Бродяги сразу перестали быть печальными, и Флоренцию даже показалось, будто в них засветились маленькие, но яркие огоньки.
Некоторое время медведь наслаждался вкусной булочкой, ничего вокруг себя не видя, а потом проговорил:
– На мою долю выпадали чёрные-пречёрные часы, мне случалось холодными и сырыми ночами спать на лавочке в парке, прикрывшись газетой, а ведь известно, что пишут в этих газетах. А сколько пасмурных дней мне пришлось провести, укрываясь от бесконечного дождя под большой чёрной ольхой и передумывая всякие не дающие покоя мысли. Куда пропадает время? Кто глотает час за часом и даже целые дни? Почему так неприятно, когда мокро, и почему птицы осенью куда-то улетают, и почему вместо них налетают чёрные тучи и заволакивают всё небо, и вместе с ними тёмной тенью наползает грусть?..
– И всё-таки как насчёт чёрных роз? – попытался Флоренций увести разговор в нужную сторону. – Кажется, эта штука намного хуже всего того, что мне пришлось вытерпеть, – неожиданно сказал медведь Бродяга и решительным тоном прибавил: – Вот что: больше я и слышать ничего не желаю ни о чёрных розах, ни о чёрных днях, ни даже о тёмных солнечных очках.
Глаза его вспыхнули таким ослепительным светом, какого ещё никогда никому видеть не доводилось, – и Флоренций свои собственные даже лапой прикрыл, чтобы не ослепнуть.
За разговором они не заметили, как из окна, под которым оба стояли, высунулась голова медведя Бургомистра. Он давно уже наблюдал за стоящими у двери посетителями и в конце концов, не вытерпев, окликнул:
– Что вам угодно, господа?
– Скажите, многоуважаемый, это здесь меняют фамилии? – спросил медведь Бродяга.
– Да, у нас как раз есть несколько новых, совсем неношеных.
Медведь Бродяга живо прошмыгнул в полуотворённую дверь, а Садовник ещё немного постоял на улице в задумчивости, размышляя о странных словах, которые только что услышал от друга. И потихоньку двинулся домой, но по дороге завернул к соседке.
Медведица Певица топталась в прихожей перед зеркалом, примеряя новое розовое платье, – то одним боком повернётся к зеркалу, то другим, то спереди на себя посмотрит, то со спины, – и, похоже, никак не могла что-то для себя решить.
– Привет, Флоренций! – обрадовалась она гостю. – Как, по-твоему, к этому платью больше подойдут розовые или белые туфельки?
Медведь Флоренций чуть было не сказал, что больше всего подойдут чёрные, просто еле удержался. Но вовремя вспомнил, что весёлой и беззаботной Певице нравились только радостные цвета, и понял, что чёрные туфельки она вряд ли согласится надеть. И потому, немного подумав, ответил: – По-моему, лучше всего к нему надеть серебряные туфельки – под цвет твоего голоса.
А сказав слово «серебряные», вдруг сообразил, что кому-кому, а медведице Певице незачем знать о чёрных вещах и уж тем более о чёрных розах, быстренько попрощался и пошёл домой.
На следующее утро Флоренций решил ещё раз перерыть свой книжный шкаф.
Почти все книги в нём были уже читаны-перечитаны, а сочинение под названием «Как приготовить медовый торт» – даже целых пять раз. А что это там за невзрачная, затрёпанная книжонка, засунутая на самую верхнюю полку? Вот это да! Дедушкины записки – как же они раньше-то ему на глаза ни разу не попались?
На титульном листе книжечки стояло название: «ВРЕДНЫЕ И ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЕ РАСТЕНИЯ».
А сбоку дедушкиной рукой было приписано: «Выращивать категорически не советую».
Флоренций незаметно бросил взгляд на дедушкин портрет, висевший над камином. Дедушкино лицо показалось ему каким-то суровым и ничего хорошего не обещающим, но отступить он уже не мог: мысль о чёрных розах к этому времени полностью завладела умом Садовника.

Каких только роз нет в саду у медведя Флоренция! Во всем Медвежьем королевстве таких не сыщешь: снежно-белые, словно лебяжий пух, розовые, как земляничный торт, цвета фруктового мороженого и даже цвета кроличьего носика. Однажды медведица Королева попросила Флоренция вырастить черную розу. Ее просьба отняла у Флоренция покой: стоит ли ему выполнять опасную королевскую прихоть, которая многих заставит пролить слезы печали, боли и злости? "Флоренций решил ещё раз перерыть свой книжный шкаф. Почти все книги в нём были уже читаны-перечитаны, а сочинение под названием "Как приготовить медовый торт" - даже целых пять раз. А что это там за невзрачная, затрёпанная книжонка, засунутая на самую верхнюю полку? Вот это да! Дедушкины записки - как же они раньше-то ему на глаза ни разу не попались? На титульном листе книжечки стояло название: "ВРЕДНЫЕ И ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЕ РАСТЕНИЯ". А сбоку дедушкиной рукой было приписано: "Выращивать категорически не советую". Флоренций незаметно бросил взгляд на дедушкин портрет, висевший над камином. Дедушкино лицо показалось ему каким-то суровым и ничего хорошего не обещающим, но отступить он уже не мог…" "Садовник Флоренций" открывает новую серию книг, проиллюстрированных всемирно известными современными художниками. Иллюстрации автора. Перевод с литовского Александры Васильковой.