Русь, которая была. Альтернативная версия истории

Часть первая

 

ГДЕ НАХОДИЛАСЬ МОНГОЛИЯ

 

Монгольская проблема

 

Откуда пришли монголы на Русь? Любой школьник средних и старших классов ответит: из Монголии. Где расположена Монголия? К северу от Китая. На тему монгольского нашествия и татаро‑монгольского ига написано столько научных трактатов, плюс к этому создан целый ряд художественных произведений, что любой человек, не согласный с этими постулатами, выглядит, мягко выражаясь, ненормальным. Однако за последнее десятилетие на суд читателей было представлено несколько научных, точнее, научно‑популярных работ. Их авторы: Носовский, Фоменко, Бушков и некоторые другие утверждают обратное: никаких монголов как таковых не существовало. Мало того, эти авторы приводят значительное количество доказательств в подтверждение своих слов. Доказательства весьма и весьма убедительные. Если по Носовскому, Фоменко и Бушкову татаро‑монголы были вооруженными отрядами русских князей, захвативших власть на Руси (с некоторыми вариациями выдвигаемых этими авторами гипотез), то Валянский и Калюжный считают татаро‑монголов рыцарями‑крестоносцами, обитавшими в районе европейских Татр.

А Жабинский и вовсе принимает их за византийцев.

Наиболее полным «антимонгольским» материалом обладает книга Бушкова «Россия, которой не было». Это настоящая хрестоматия доказательств против традиционной версии истории монголов. Приведу три главных тезиса Бушкова, вокруг которых и строится его система доказательств. Или, может быть, наоборот, приводимые доказательства укладываются в следующие его тезисы:

1. Никакие «монголы» не приходили на Русь из своих степей.

2. Татары представляют собой не пришельцев, а жителей Заволжья, обитавших по соседству с русскими задолго до пресловутого «нашествия».

3. То, что принято называть татаро‑монгольским нашествием, на самом деле было борьбой потомков князя Всеволода Большое Гнездо (сына Ярослава и внука Александра) со своими соперниками‑князьями за единоличную власть над Русью. Соответственно под именами Чингисхана и Батыя как раз и выступают Ярослав с Александром Невским.

Однако если с первым тезисом Бушкова я могу согласиться полностью, то с двумя остальными — только частично. Потому, что они сами плохо «держат удар» критики.

И вот почему.

Итак, начнем с Чингисхана. По Бушкову под этим именем выведен князь Ярослав Всеволодович. Привожу полностью его текст, посвященный этому князю.

«Вернемся к событиям 1238 г. До „вторжения татар“ Ярослав Всеволодович пребывает, полное впечатление, в унижении и безвестности. Княжит в городке Переяславле‑Залесском, который тогда был глухой дырой и входил в состав Владимиро‑Суздальского княжества, которым правил брат Ярослава Юрий. Как я ни копался в трудах историков и сборниках летописей, не мог найти сведений о каких бы то ни было свершениях Ярослава до 1238 г., кроме участия в нескольких междоусобицах. Совершенно бесцветная жизнь третьестепенного князька, осатаневшего от скуки в богом забытой провинции…».

И это молодые и часть зрелых лет великого Чингисхана?! Поверить в это нельзя. Как нельзя поверить в странную и МОМЕНТАЛЬНУЮ метаморфозу, произошедшую с ним. Сегодня — третьестепенный князек, а завтра к твоим ногам падают Владимир, Киев, многие города Европы! Бушков здесь так и пишет: «И вдруг все меняется — рывком!»

После установления единоличной власти на значительной части Руси Ярослав, он же Чингисхан и Батый, ведет войска «на помощь боровшемуся с Папой Фридриху II». Здесь сразу возникает несколько вопросов.

Зачем Ярославу это было нужно? Мелкий князек в одночасье становится правителем огромной страны, власть в которой захватить трудно, но еще труднее ее УДЕРЖАТЬ. Но Ярослав за тылы не боится и, захватив Киев, тут же идет в поход против папской Европы.

Именно папской, так как «страх охватил все державы и всех государей… кроме Фридриха! (Это и понятно: ему‑то чего было бояться?! Уж он‑то, получается, знал, кто движется, куда и зачем)». Вот здесь и возникает следующий вопрос: когда сговорились между собой Фридрих (император Священной Римской империи германской нации) и Ярослав? Тогда, когда Ярослав был еще мелким князьком? Но в те времена Фридрих вряд ли знал о его существовании. Как, впрочем, и тогда, когда Ярослав захватывал власть в Северо‑Восточной Руси. Остается малооптимистичный вариант, что это произошло во время похода Ярослава на Южную Русь. Но здесь уже поздно, так как нет достаточного времени, чтобы сговориться, слишком стремительно происходят захваты городов Ярославом. Сегодня Киев, а завтра монголы идут уже на запад.

Наконец, Бушков пишет: «Создается впечатление, что татары ведут себя так только на Руси». Это о поддержании ими порядка в стране. Здесь Бушков просто забыл, что татаро‑монголы захватили не только Русь, но и Среднюю Азию, Закавказье и ряд других стран, о чем мы имеем довольно достоверную информацию. Про Китай здесь речи нет, цивилизация его еще не знала. Как же Ярославу и его сыну Невскому удалось завоевать все эти страны, во многих поставив на троны своих родичей? Этот трудный вопрос Бушков опускает.

Так где же истина? А истина в том, что тех самых монголов из нашей традиционной истории, конечно же, не было, но и вариант Бушкова оказывается слаб. И, тем не менее, Бушков к разгадке одного из ключевых моментов русской истории подошел вплотную. Ему оставалось сделать буквально шаг до правильного ответа. Потому что в действительности татаро‑монголы представляли не одно‑два племени или, как по Бушкову, жителей соседнего Заволжья, а были сборной солянкой различного рода искателей удачи, наемных воинов, просто бандитов из различных кочевых, да и не только кочевых, племен прикавказских степей, Кавказа и районов Средней Азии. Плюс «молодцов» из других регионов. Что касается названия «монгол», то оно, вероятно, слегка измененное от библейского слова «Магог». Кстати, европейцы как раз и ставили знак равенства между татарами и библейским Магогом. А одна из так называемых монгольских империй носила название Империя великих моголов. Без буковки «н».

Предводительствовал этим воинством человек, известный нам как Чингисхан, — уникальный мстительный человек с железным характером и такой же волей к власти. Настоящее имя ему — ЮРИЙ, СЫН ВЛАДИМИРСКОГО КНЯЗЯ АНДРЕЯ БОГОЛЮБСКОГО, рано исчезнувший со страниц русских летописей. Доказательства этому утверждению читателям будут предоставлены чуть ниже.

Итак, каков же будет ответ на второй и третий тезисы Бушкова? По его гипотезе татары — жители Заволжья. Что собой представляло войско Чингисхана, чуть выше уже говорилось. В татарские войска вливались и жители покоренных регионов, следовательно, среди них были и жители Заволжья, но особенно много было половцев.

В отношении третьего тезиса Бушкова следует отметить, что нашествие было действительно междоусобной борьбой среди различных Рюриковичей. А именно: потомки Андрея Боголюбского возвращали власть своему клану, борясь против потомков Всеволода Большое Гнездо. Напомню, что в 1174 году был убит Андрей Боголюбский, в ходе длившейся несколько лет усобицы к власти во Владимирском княжестве пришел брат Андрея Всеволод Большое Гнездо, а юный сын убитого князя Юрий Андреевич был изгнан дядей в степи, где пропал на длительные годы. Через некоторое время, как сообщает традиционная история, Юрий становится мужем грузинской царицы Тамары, но с ней не уживается, вступает в вооруженную борьбу. На сторону Юрия (чужестранца!) переходит половина Грузии, но в конце концов он противостояние проигрывает. Его дальнейшая судьба неизвестна.

Чтобы получить более полную картину происходящего, следует продолжить монгольскую тему. И в этом нам помогут труды Плано Карпини и Гильома де Рубрука, от которых, к сожалению, Александр Бушков с пренебрежением отказался.

Итак, попробуем разобраться в том, ГДЕ НАХОДИЛАСЬ МОНГОЛИЯ?

 

Свидетели из Европы

 

В Европе всегда существовал страх перед вторжением с востока, вторжением сильным, организованным и безжалостным. Гунны, готы, авары, угры в древние времена заставляли дрожать и Рим, и Византию, дрожать не меньше, чем в XX веке Европа жила в страхе перед советскими танками.

В 1241 году в Польшу и Венгрию с востока вторглись очередные варвары, на этот раз кочевники, названные монголами, точнее монгалами (по Карпини), которые, разгромив польские, немецкие и венгерские войска, почти дошли до Венеции, но в 1242 году повернули назад, на восток.

Опасаясь нового нашествия, европейские правители хотели узнать как можно больше о своих противниках. Через различные источники они могли выяснить, что монголы захватили Русь, победоносно прошли Закавказье и Среднюю Азию. Но где располагалась родина этих кочевников, никто ответить не мог. Единственно, что было ясно, — она находилась где‑то далеко на востоке — в азиатских пределах.

По традиционной истории родина монголов отождествляется с современной Монголией. Но первое серьезное географическое исследование Монголии произошло только во второй половине XIX века. Это совсем не удивляет: в те годы также только началось исследование земель Алтая и районов Средней Азии.

К этому времени перед историками давно уже стоял вопрос с определением местонахождения родины легендарных монголов. Почему выбор был остановлен на районе Хангая (современная Монголия)? Вероятно, потому, что он был расположен по соседству с Китаем, который, также по традиционной истории, был захвачен монголами, а также потому, что кочевники Центральной Азии с запада граничили со Средней Азией, завоеванной Чингисханом. Выбор у историков для определения родины монголов‑завоевателей оказался небольшим: район восточных казахских степей, Алтай или район Центральной Азии севернее пустыни Гоби. На последнем и остановились, а его жителей объявили потомками великих завоевателей, благо что они сохраняли кочевой образ жизни, не имели письменности и какие «великие дела» совершали их предки 700—800 лет назад, конечно, не помнили. Да и сами они против этого не возражали.

Единая монгольская империя распалась уже к 1260 году, а сами монголы, как считают историки, быстро растворились среди завоеванных ими племен и забыли свою историю. То же самое произошло и с татарами, также по мнению традиционной истории жившими на территории Монголии. «В XIII в., — пишет Л. Гумилев, — татар стали рассматривать как часть монголов в том же широком смысле, причем название „татар“ в Азии СКОРО ИСЧЕЗЛО, зато так стали называть себя поволжские тюрки, подданные Золотой Орды». Любопытная метаморфоза, не так ли?

ЕДИНСТВЕННЫМИ серьезными источниками для определения родины монголов стали европейские путешественники XIII века — Плано Карпини, Гильом де Рубрук и Марко Поло, оставившие после себя сочинения. Но все эти первоисточники дошли до нас в нескольких редакциях, в вольных переводах на различные языки, в них оказалось довольно много расхождений в транскрипции географических названий и личных имен. Так, даже имена потомков Чингисхана оказались искажены до неузнаваемости. Его сыновья, известные нам как Джучи, Угэдэй, Чагатай, у Карпини получили имена Тоссук, Оккодай и Хыадай. Что же можно говорить о географических названиях? В примечаниях к книгам этих авторов, переведенным на русский язык, постоянно встречаешь: «это название остается необъясненным» или «по‑видимому, речь идет о…» и т. д. В конечном итоге такая «география» зачастую не позволяет ученым‑историкам определить детали их маршрутов. Впрочем, это историков даже устраивает.

А вот что пишет М. Горнунг о Карпини: «Плано Карпини еще при жизни разрешал делать копии со списков своего сочинения о путешествии в Азию. Одни из этих копий сохраняли оригинальный латинский текст без существенных изменений, не считая описок и ошибок. В других допускались произвольные сокращения, перестановки отдельных фрагментов». Поэтому‑то трудно определить, какая из дошедших до нас копий более близка к оригиналу.

Но если в путешествии Карпини и Рубрука в глубь Монголии мало кто сомневается, то о Марко Поло следует поговорить отдельно. Дело в том, что Марко Поло на самом деле НИКОГДА не был в Китае.

Что мы знаем о Поло? Его отец Никколо и дядя Маффео занимались торговлей с Востоком, обосновавшись в Крыму. Караваны братьев Поло побывали на Волге, в Бухаре и в самой Монголии. В Венецию они возвратились лишь через 15 лет. Через два года началась война Венеции с Генуей, и братья Поло, прихватив семнадцатилетнего Марко, направились снова на восток, в Китай. Так началось знаменитое путешествие Марко Поло. Но есть серьезные основания считать, что Марко дальше Крыма никуда не ездил.

За два года пребывания братьев в Венеции, они по вечерам много и неоднократно рассказывали о своих похождениях юному Марко, который с жадностью все впитывал и начинал фантазировать. В конечном итоге все это плюс длительное дальнейшее его пребывание в Крыму и знакомство с другими купцами послужило впоследствии рождению знаменитой книги. Кстати, к старости за Поло закрепилось прозвище «Миллион» за его частые рассказы о своей жизни в Китае. То есть поговорить, а следовательно приврать, он любил.

Свою книгу Марко писал в генуэзской тюрьме, диктуя некоему Рустичано. При этом он использовал не только свою память, но и некие записи, которые ему доставили в тюрьму из Венеции. Следовательно, Поло использовал не только рассказы своего отца и дяди, но и какие‑то личные наблюдения. Это может говорить о том, что Марко Поло мог побывать не только в Крыму, но, возможно, был на Волге или Ближнем Востоке, где почерпнул различные чужие сведения о восточных странах.

Следует отметить, что еще при жизни Марко его современники считали, что он никогда не бывал не только в Китае, но даже и в Средней Азии, прожив все время своих «путешествий» в Крыму.

Откуда Поло мог заимствовать все эти сведения? Частично из рассказов прибывающих в Крым торговцев и воинов с Востока, частично из различных рукописей, написанных его современниками, в частности из многотомного сочинения Рашид‑ад‑Дина. Если сравнить эти два труда, то многие страницы окажутся странным образом близкими.

Если из книги Марко Поло исключить пролог, то мы получим обезличенный учебник по географии того времени, без упоминаний об авторе, его путешествиях и каких‑либо дат! (Книги Карпини и Рубрука этим выгодно отличаются от книги Поло).

У Марко Поло не говорится о многих вещах, которые он ДОЛЖЕН был увидеть, если он действительно там побывал.

К примеру, у него нет ни слова о Великой китайской стене.

И, наконец, если логически мыслить до конца, то почему за годы долгой жизни в Китае Марко Поло настолько плохо овладел китайским языком, что даже для описания Китая он приводит географические названия в монголь‑ской, тюркской, иранской транскрипциях? Да, тяжел китайский язык, не то что, к примеру, иранский. Марко Поло ПРОЕЗДОМ через Иран так быстро им овладел, что стал называть китайские города по‑ирански, хотя и прожил в Китае без малого двадцать лет.

М. Горнунг комментируя «Книгу» Поло пишет: «Эти названия многократно искажались переписчиками и переводчиками, и ученым пришлось положить немало трудов, чтобы насколько возможно достичь привязки географических пунктов к современной карте. Все же ряд географических названий, личных имен и некоторых понятий этнографического плана до сих пор сохраняют в „Книге“ спорное толкование». Итак, многие, очень многие переводчики и переписчики привязывали те или иные места к известным им землям и городам, ИСПРАВЛЯЯ таким образом рукопись. Но еще сколько осталось неисправленного, непривязанного к современным картам! Сплошь и рядом при упоминании того или иного города или местности, современный комментатор теряется в догадках и пишет: «предположительно», «видимо», «название необъяснимо».

Итак, я думаю, что всего здесь сказанного достаточно для того, чтобы исключить «Книгу» Марко Поло из источников, заслуживающих доверия. Поэтому давайте перейдем к более детальному изучению географического материала, сообщенного нам в книгах Плано Карпини и Гильома де Рубрука, и на основании этих свидетельств наконец‑то ответим на вопрос: где находилась Монголия?

Свежий, непредвзятый и системный взгляд на события и факты средневековой русской истории отличает оригинальную работу ярославского исследователя А. Максимова от уже вышедших публикаций подобного рода. На основе анализа различных исторических документов автор, невзирая на каноны и авторитеты, выдвигает свое, альтернативное толкование важнейших исторических событий. Книга охватывает период от времени появления на Руси монголов до возведения на царство Михаила Романова.