Василий Розанов: Опавшие листья. Короб второй

"Но "проституция ничему не уступает": свидетельство истории. И, значит, "пусть она будет", но совершенно в ином виде, чем теперь: не в виде бродячих, грязных собак, шляющихся "для всякого" по улице, не в виде "мелочной лавки", где каждый берет "на три копейки семечек", нужен другой ее образ: не оскверняющий, не развращающий.
Как-то у меня мелькнуло в уме: в часть вечера, меду 7-9 (и только), все свободные (без мужей и не "лунного света") выходят и садятся на деревянные лавочки, каждая перед своим домом, и скромно одетые, - держа каждая цветок в руке. Глаза их должны быть скромно опущены книзу, и они не должны ничего петь и ничего говорить. Никого - звать. Проходящий, остановясь перед той, которая ему понравилась, говорит ей привет: "Здравствуй. Я с тобой". После чего она встает и, не взглядывая на него, входит в дом свой. И становится в этот вечер женою его. Для этого должны быть назначены определенные дня в неделе, в каждом месяце и в целом году. Пусть это будут дни "отпущенной грешницы" - в память ее" Василий Розанов "Опавшие листья. Короб второй".