Дуванова, Пономарева, Васильева: Большая коллекция русских художников: Киселев, Гуркин, Мещерский, Занковский, Кондратенко

Серия призвана расширить наше представление о достижениях отечественного изобразительного искусства. Проект предусматривает создание самого полного и крупноформатного собрания творчества лучших российских художников, включая малоизвестные шедевры из более чем 150 музеев и частных коллекций России и СНГ. В ближайших планах издательства - выпуск 28 новых крупноформатных альбомов о творчестве известных и незаслуженно забытых российских живописцев. Подписи к иллюстрациям даны на русском и английском языках. Каждая книга выпускается в нескольких вариантах оформления, но всегда неизменным остается высочайшее качество полиграфии. Все альбомы серии являются подарочными изданиями.
Александр Киселев, Григорий Гуркин, Арсений Мещерский Илья Занковский, Гавриил Кондратенко… Творчество этих талантливых пейзажистов второй половины XIX - начала XX века, когда-то признанных, известных и ценимых, в прошлом столетии было незаслуженно забыто. В альбоме представлено наиболее полное собрание работ художников из музеев и частных коллекций, а также репродукции картин, опубликованные в дореволюционных журналах и книгах, на старых открытках. Книга дополнена фрагментами из прижизненных статей о художниках, литературным наследием. Тема горного пейзажа проходит через весь сборник: Алтай и Кавказ, Крым и Швейцарские Альпы.
Александр Александрович Киселев "с одинаковой любовью, восторженно поет красками и мимо движущуюся речку между камышами самой скромной местности, и роскошный Кавказ, и ледники, везде он правдив и производит освежающее впечатление самой природы", - писал Илья Ефимович Репин.
Григорий Иванович Чорос-Гуркин, ученик И. И. Шишкина и А. А. Киселева, - мастер эпического сибирского пейзажа. Он изображал алтайские луга и горные кряжи, бурные реки и сказочно красивые озера в их первозданной, нетронутой чистоте и величии.
Арсений Иванович Мещерский "писал виды и северной (финляндской) природы, и южной (Италия, Швейцария, Крым)". "И в колорите, и в своей элегантной живописи он был чрезвычайно характерен, и вещи Мещерского можно узнать сразу, не взирая на тысячу окружающих картин".
Илья Николаевич Занковский в своих картинах передавал суровую красоту и разнообразие природы Кавказа: грандиозность и величие ущелий и горных перевалов; искрящиеся на солнце снежные вершины Арарата, Эльбруса и Казбека.
Гавриил Павлович Кондратенко создал серии лирических пейзажей, посвященных парку Воронцовского дворца в Алупке и местам, связанным с творчеством Михаила Юрьевича Лермонтова.
Альбомное издание, большой формат, много полосных иллюстраций, печать высокого качества, тканевый переплет, суперобложка, короб. Собраны репродукции картин из центральных и областных музеев, частных коллекций, дореволюционных изданий. Большое количество иллюстраций публикуется впервые. Подписи на русском и на английском языках, текст на русском и Summary на английском. Списки иллюстрации на двух языках. Фрагменты статей о художниках из журналов конца XIX - начала XX века, стихотворения. В приложении публикуются репродукции забытых картин из альбома живописи А.А. Киселева 1913 года, воспоминания И.Е. Репина о Киселеве, воспоминания А.А. Киселева и А.И. Мещерского из дореволюционных журналов, эссе Г.И. Гуркина "Плач алтайца на чужбине", "Алтай и Катунь".
Подарок тем, кто любит горные пейзажи. Альбом для коллекционеров, искусствоведов: впервые в одном альбоме представлено настолько полное собрание репродукций картин и этюдов А. Киселева, Г. Гуркина, А. Мещерского, И. Занковского, Г. Кондратенко; в том числе репродукции забытых и утерянных работ художников.
Киселев Александр Александрович (1838-1911)
Известный художник-передвижник, занимает видное место среди русских художников-пейзажистов 2-й половины XIX века. Его живопись, исполненная в элегантной "академической" манере, отличается изысканной красотой письма. Виды русской природы, залитые солнцем снежные вершины гор Кавказа, лунные ночи над морем и окраины южных городков, заболоченные пруды и ледоходы на реке - тематика его пейзажей.
Александр Александрович Киселев родился в дворянской семье и получил прекрасное образование. После учебы в Петербургском кадетском корпусе, а затем в университете, в 1861 году Киселев поступает в Академию художеств. Через несколько лет успешного обучения в Академии молодой художник становится членом Артели художников, активно участвует в академических выставках. В 1876 году его принимают в Товарищество передвижников, и с этого года он является постоянным участником ежегодных выставок передвижников. Дружба с И.Е. Репиным и В.М. Максимовым, встречи с деятелями культуры окончательно формируют личность художника.
В эти годы складывается индивидуальность Киселева как пейзажиста. К нему приходят успех и признание. Картины Киселева приобретают император Николай II, императрица Мария Федоровна, великие князья, Павел Третьяков и другие именитые коллекционеры. В 1897 году профессор Киселев становится руководителем пейзажной мастерской в Академии художеств.
Гуркин (Чорос) Григорий Иванович (1872-1937)
- одаренный художник-пейзажист, последний ученик И.И. Шишкина. Григорий Иванович Гуркин - из древнего рода "чорос" (позднее имя рода прибавил к фамилии), родился и вырос на Алтае. Решив посвятить себя живописи, в 1897 году приехал в Петербург, в Академию художеств. Иван Иванович Шишкин, познакомившись с работами молодого художника, взял его в свою мастерскую. Последние месяцы своей жизни И. Шишкин посвятил талантливому ученику из далекого Алтая, стремясь развить его художественные способности и навыки. После смерти Шишкина, Гуркин в 1899-1905 годы учился в Академии художеств у А. Киселева.
Получив солидную художественную подготовку, Гуркин уехал на свою родину и стал непревзойденным живописцем по мастерству изображения природы Алтайского края. Он воспевал красоту алтайских лугов, бурных рек и сказочно красивых горных озер. Художник писал алтайские горные кряжи во всем их многообразии: в ночной тишине, в снежных ураганах и в сияющем блеске солнечных лучей. Каждый мотив, за какой бы ни брался, он передавал с большим мастерством.
Известные пейзажи Г.И. Гуркина "Хан-Алтай" (1907), "Озеро горных духов" (1910), "Озеро в Лаже" (1906), "Алтай. Горная долина" (1909), "Озеро Каракол" (1909) в начале XX века принесли художнику всероссийскую известность, а сибирская пресса отметила, что "у Сибири появился, наконец, свой художник, сын Алтая, воспевающий дорогой и любимый край в красках". Гуркин был не только талантливым пейзажистом, в местных изданиях публиковались его стихи в прозе, а также этнографические очерки. В 1917-1919 годы он возглавлял Горную Думу, преподавал в художественной школе, иллюстрировал учебники, изданные на алтайском (ойротском) языке. Его дом был местом паломничества сибирских художников и любителей живописи.
Занковский Илья Николаевич (1832-1919)
- художник-пейзажист, мастер величественных горных пейзажей, исполненных в реалистической манере живописи. В 1862-1863 годы учился в Петербургской Академии художеств. С 1864 года жил в Тифлисе, где служил при Военно-топографическом отделе Кавказского военного округа.
По долгу службы офицер Занковский объездил почти все горные районы Кавказа, привозя из командировок эскизы будущих картин. В картинах "Арарат", "В горах", "Эльбрус", "Кавказ", "Дарьяльское ущелье" и других художник передал суровую красоту гор и разнообразие природы Кавказа - грандиозность и величие ущелий и горных перевалов; искрящиеся на солнце снежные вершины Эльбруса и Казбека; высокие скалы и мрачные утесы; роскошную растительность равнинных оазисов и бурлящую воду горных рек. Особенно Занковский любил писать вечерние мотивы, когда уходящие лучи солнца еще играют на скалах, окрашивая их в пурпур, а горные дали уже погружены в холодный вечерний сумрак.
Творчество Занковского мало известно, так как все свои работы офицер-художник дарил друзьям-сослуживцам и знакомым. Русская знать любила эффектные горные пейзажи Занковского, а картина "Дорога в Кахетии" была лично приобретена императором Александром III у автора и хранилась в коллекции Гатчинского дворца.
Кондратенко Гавриил Павлович
Служение искусству, активная общественная и благотворительная деятельность, многочисленные путешествия - такова жизнь Гавриила Павловича Кондратенко, талантливого русского пейзажиста, представителя салонно-академического направления в русском пейзаже конца XVIII - начала XIX веков.
Его работы отличаются лиричностью, богатой колористической гаммой. Казалось бы, привычные взору виды, на полотнах Кондратенко обретают сказочную красоту и притягательность.
Мещерский Арсений Иванович.
В 1860 году журнал "Современник", оценивая пейзажи начинающего художника Арсения Ивановича Мещерского, писал: "...сколько в них свежести и живой поэзии! Как много воздуха, прохладной растительности и света! Мещерский - блестящая надежда нашей пейзажной живописи". Чаяния художественных критиков оправдались сполна. Годы упорного труда - и вот уже имя художника пользуется европейской известностью, его работы участвуют в академических и передвижных выставках, хотя передвижником Мещерский никогда не был. Заказы следуют один за другим, его картины украшают стены Третьяковской галереи, Императорской Академии художеств... Но ни звание профессора, ни восторженное признание публики - ничто не повлияло на его самооценку, не ослабило стремления к самосовершенствованию. "Пейзажист по влечению и натуре", - называли Мещерского те же критики. Он, по их же определению, - "Умел создавать простые по мотиву, правдивые по чувству и спокойные по колориту картины". Мещерский одинаково успешно писал и романтически суровую природу Финляндии, - ее запорошенные снегом лесные озера, утопающие в морозной дымке купы деревьев, бирюзово светящиеся глыбы льда с распушенной от холода вороной на одной из них... - и завораживающую глубину ущелий юга, крымскую теплую щедрую землю и подверженное игре стихий небо. Его кисть удивительно тонко передает и бурлящие потоки водопада, и карабкающуюся по скалам растительность, и тишину степных просторов, и дым от костра на морском берегу, и трепетно белеющий парусник на фоне гор, освещенных закатными лучами... И подчас внешне статичная композиция при внимательном взгляде на нее открывает зрителю всю скрытую до поры гамму тончайших чувственных переживаний. Не это ли портрет самого художника, отгородившегося от мирской суеты холстами и палитрой?
Биографы не жаловали А. И. Мещерского вниманием. Да, он сам не стремился к публичности, оберегая все, что не касалось творчества, от любопытных посторонних глаз. Беглые упоминания о нем в обзорах художественных выставок, небольшие рецензии на его работы в газетах и журналах более чем вековой давности, несколько абзацев, посвященных этому "певцу горных пейзажей и зимних мотивов" в томе "Истории русского искусства" и двух-трех других монографиях, - вот и все, чем располагает библиография живописца.
Таким образом, данная книга - первое в своем роде литературно-художественное издание, в котором предпринята попытка обобщить и проанализировать художественный опыт Арсения Ивановича Мещерского и, насколько возможно, приоткрыть завесу над судьбой человека, целиком посвятившего себя пейзажной живописи и занявшего среди признанных творцов этого жанра свое неповторимое место.